Однако, как оказалось, ситуация в Японии была немногим лучше. Малый рост большинства японцев, служивший источником нескончаемых шуток со стороны русских солдат, на самом деле был обусловлен не столько их плохой наследственностью (хотя, конечно, от изолированной в течение нескольких столетий на своих островах небольшой группы людей сложно ожидать здорового потомства, и то, что они не выродились, вообще является достижением), сколько банальным недостатком питания. Проще говоря, большая часть населения Японии плотно сидела на рисовой диете, и слезть с нее не могла — сколь либо серьезной альтернативы у простых людей не имелось. Практически единственным источником протеинов оставалось море, однако потребности населения оно не перекрывало. По сути, Япония и в войны-то влезала с достойным лучшего применения упорством, в первую очередь, потому, что задыхалась на своих маленьких и бесплодных островах, а континентальные государства, что характерно, территорию просто так отдавать не хотели. Да, сейчас страна буквально зубами выгрызала себе место среди промышленно развитых государств, но к улучшению жизни простых японцев это не приводило. Если центр Японии за счет промышленного рывка еще как-то приподнялся, то из других мест наблюдался, скорее, отток ресурсов. В результате японская провинция оказалась не богаче русской, а скорее, наоборот. Плюс нормальный для тяжелой войны коллапс экономики — и представить себе то состояние, в котором находился Хокадате, несложно.
Соответственно, и брать с японцев было практически нечего. Нет, разумеется, в любом даже самом бедном захваченном городе, если постараться да вдумчиво поискать, найти можно немало, однако в том-то и дело, что на серьезный трехдневный грабеж, как в старину, не было времени. К тому же, победители оказались слишком малочисленны, и сами прекрасно понимали, что в уличных боях их попросту задавят. Не умением — так числом, ударом из-за угла или выстрелом в спину. Пришлось брать что попало под руку и уходить, соответственно, казаки прошлись лишь по окраине, бедной части города. Единственно, кое-что нагребли на самих портовых складах, но это относилось, главным образом, к продовольствию, несколько разнообразившему рацион. Ну и трофейным оружием, конечно, разжились, главным образом, офицерским. Традиция при любой возможности тащить домой всевозможное колюще-рубяще-стреляющее железо буквально заставила казаков натащить на корабли целую кучу этого хлама. Именно хлама — стандартный офицерский клинок качеством не блистал, да и древние, с большой историей, катаны оказались не лучше. Острые — да, на иные волосок брось — распадется, но притом и прямого удара такие сабли не держали, начисто проигрывая Златоустовским шашкам. Иной раз от удара русского клинка такие катаны разлетались просто на куски. Плюс к тому, сами японцы были отнюдь не лучшими фехтовальщиками, и отточенное в бою со всеми подряд казачье искусство владения холодным оружием переигрывало их фамильные школы по всем статьям. Для казаков, предки которых рубились насмерть и с европейцами, и с турками, и с персами… да проще найти тех, кого они не рубили, японцы оказались всего лишь одним противником в длинной чреде себе подобных, не самым опасным, кстати.