– Сними полотенце, – приказал он. Не многие осмеливались игнорировать его приказы, но, конечно, Тарин смогла. – Сними полотенце, – повторил он, но она только улыбнулась.
– Скажи честно, обычно это вообще срабатывает? – Тарин могла понять, если да. Чёрт, она и сама едва не подчинилась этому безжалостному, бескомпромиссному тону. Она была чертовски возбуждена, а волчица жаждала, чтобы Трей овладел ею, но даже она понимала, что он должен доказать, что достоин её капитуляции.
– Тарин, я знаю, что ты альфа, но мне кажется, что ты забываешь, что и я тоже. Верь мне, когда я говорю, что добьюсь твоего подчинения.
– Спусти с цепи зверя, если хочешь. Попробую не смеяться, обещаю.
Волк Трея напрягся, охотно готовый поймать и овладеть своей маленькой парой.
– Детка, не заставляй меня устраивать за тобой погоню. Не заставляй меня отшлёпать твою задницу. – Не то чтобы ему этого не хотелось. – Иди. Сюда.
– Ага, да, в обычных условиях я бы так и сделала, но это был слишком долгий день… – Неожиданно Трей бросился на неё, но Тарин искусно увернулась и сумела установить между ними неплохое расстояние.
– Тарин, ты же этого хочешь. – Трей улыбнулся, когда она уставилась на его руки, расстегнувшие кнопки на ширинке. Показался до боли напряжённый член, и она облизнула нижнюю губу.
Трей застонал, затем стянул джинсы и переступил через них.
– Я чувствую твоё возбуждение, – добавил он, расстёгивая рубашку и заставляя Тарин пятиться к кровати.
– Как скажешь. – Её равнодушие, возможно, было бы более убедительным, если бы голос не стал хриплым от желания. В её оправдание можно сказать, что у Трея невероятное тело. Мускулы, сухожилия, мощь, но без чрезмерности, без вздутых вен и тому подобное. Нет, всё тело гладкое, с литыми мышцами, а золотистый загар лишь придавал ему великолепия. Волчица одобрительно зарычала, желая, чтобы Тарин провела языком дорожку по золотистой коже от горла до основания толстого, длинного члена. Идея не так уж плоха.
– Я чувствую, как волчица берёт над тобой контроль.
– Завидуешь, что это она, а не ты?
Опять Трей попытался наброситься на неё, и опять она увернулась от него, прыгнув на огромную кровать и потом, перебежав через неё, легко приземлилась на другом конце.
Выражение его лица было ожесточённым, когда он встал на противоположном конце кровати.
– Ты лишаешь меня того, что мне принадлежит. Твоё маленькое горячее тельце сейчас моё.
– Ты действительно в это веришь? Ах, благослови твоё маленькое сердце. – Трей резко протянул руку и сорвал с Тарин полотенце. Ублюдок.
Лаская взглядом её обнажённое тело, всю безупречную кремовую кожу, Трей явственно ощущал своё поражение.