— Так он прозрел, Светка, — выдохнула я, радостно улыбаясь.
К нашей компании подошел Шкер. Заглянув в лицо Эгеру, кивнул Дэнарту. Они дружно подняли шального дракона на ноги, а потом «шоколад» отхлестал его по физиономии. Чувствительно, на мой взгляд!
— А полегче нельзя? — возмутилась Света.
Шкер ухмыльнулся, качнул головой и отпустил Эгера, который повернулся на голос Светы и восхищенно уставился на нее.
— Как прекрасна-а-а….
— Двинь-ка ему еще, пожалуйста! — процедила сквозь зубы Света.
Мужчины расхохотались, все, кроме Эгера. Тот, пошатываясь, добрался до своей женщины, схватил ее за руки и вновь прошептал:
— Ты невероятная, моя, моя женщина. Твои волосы золотятся в рассветных лучах. Каждая прядка переливается десятками тонов. А белая одежда в серых разводах скрывает потрясающее тело. Коричневая глина с зелеными прожилками мха… Ты знаешь, у тебя потрясающие глаза самого красивого небесного цвета! Я не верил, когда нас готовили к тому, какие они — цвета нашего мира. Ориентировали на то, как опознавать тот или иной цвет. Приводили аналогии, объясняли те, кто с этим уже столкнулся. Но такое нельзя описать — это надо видеть. Это надо прочувствовать, прозреть…
Эгер как загипнотизированный дрожащими пальцами касался волос Светы, большими ладонями провел по ее телу, ковырнул ногтем комочек глины, поднес к глазам. Затем нос к носу приблизил лицо к ее и улыбнулся как ненормальный.
Именно в этот момент, я поняла — Дэнарта нужно простить. Он, когда прозрел, все же повел себя чуть более сдержанно, хотя…
Подошедший к нам Айаал прошептал недоверчиво:
— Неужели у него весь спектр? И полное смешение? Невероятно!
— Нам пора вылетать. Мы и так слишком сильно опаздываем, скоро совсем рассветет и начнет жарить. А они и так поджаренные… — проворчал Шкер.
Эгеру потребовалось еще несколько минут, чтобы прийти в себя, затем я заметила, как его светлая кожа в черной окантовке ромбиков от чешуи потемнела от смущения. Но Эгер никак не хотел выпускать Свету из рук и касался ее, не обращая внимания на то, что она вся измазана в глине. Подруга смущалась недолго, а потом совсем расслабилась и поверила, что нравится своему мужчине в любом виде. Особенно, когда такая яркая и цветная: коричневая глина с остатками мха на лице и конечностях, голубые глаза, спутанные, нечесаные волосы, грязно-белого цвета халат с ободранными краями…
А все равно, вон как тряпочка на бедрах Эгера топорщится, выдавая возбуждение. Света, тоже заметив это, расцвела на глазах и порхала рядом с практически мужем, или как тут у них называют.