— Тебе желательно хоть немного принять, хоть немного, а то потом может и сердце отказать или крыша поедет, — тоном наставника посоветовал он.
Коновалов и командир подошли к наспех установленной штабной палатке.
— Как тебя звать-то, майор? — по дороге спросил командир, — а то я в твоем удостоверении звание запомнил, а имя и фамилию — нет.
— Алексей Коновалов, — представился Алексей.
— А я Владимир Терентьев.
В палатке уже сидели человек пять и пили. Постоянно подходили новые и новые спасатели. Они выпивали, немного закусывали и уходили разгребать завал и вытаскивать из-под обломков живых людей и трупы.
«Видимо, так они сбрасывают нервное напряжение, — подумал Алексей. — Каждый день смотреть на людское горе не всякий сможет».
Володя открыл бутылку, налил два стакана и один протянул Алексею. Тот взял его и махом выпил. Несмотря на то, что он не ел целый день, закусывать он не стал.
— Леха, ты уверен, что нашел своих? — спросил Владимир. — Ты их опознал?
— Трудно сказать, они сильно обгорели, но другой матери с грудным ребенком среди тел я не видел. Я нашел труп грудничка, но он лежал один и ему на вид было полгодика. — Алексей вспомнил эту ужасную картину и заплакал.
— А почему ты думаешь, что в поезде должны быть еще матери с детьми?
— Я видел в соседнем купе женщину с годовалой девочкой. Но среди трупов я их не обнаружил.
— Так, может, это они погибли, а твои живы? — допустил Терентьев.
— Не знаю. Я не нашел ни одного доказательства, опровергающего или подтверждающего то, что это мои или не мои жена и дочь, — Алексей вытер слезы.
— Ладно, поступим так, — сказал спасатель, — в этой толчее ты все равно ничего не узнаешь. Сейчас следователи из УВД сверяют списки пассажиров поезда, выясняют, кто из них погиб, а кто выжил. Это кропотливая работа и долгая, но они обязательно проверят по больницам и установят, кто выжил, а кто погиб. Может, твоя жена и дочь живы.
— Не верю я в это.
— Выясним. Я тебе дам человека, ты проведи его к тем трупам, и он привяжет к ноге бирочку с инициалами твоих близких. Но, повторяю, их гибель — лишь предположение. Ты знаешь, сколько на моем веку было случаев, когда человека долгое время считали погибшим. Родственники уже похоронили останки, помянули его на третий, девятый и сороковой день, а через три месяца он заявляется домой живой и невредимый. Он все это время находился в больнице, лежал в коме, без сознания и не мог дать о себе знать. Вот как бывает. — Командир спасателей снова закурил. — Если найдутся живые мать и дочь из соседнего купе, то значит, обгоревшие трупы принадлежат твоей жене и дочери. И все равно надо проводить исследования тканей и определять по генам, кто есть кто. Ты оставь свои координаты и запиши мои, и мы через пару дней созвонимся, и я тебе сообщу о результатах.