Нина презрительно улыбнулась.
— Ты хочешь сказать, что тогда я поняла бы, что теряю? Вернее, я поняла бы, что теряю его состояние? — язвительно осведомилась она.
Фредерико покачал головой.
— Я вовсе не это имел в виду.
Нина вздернула подбородок.
— А я думаю, что именно это. Ты считаешь, что я пыталась поймать крупную рыбу. Еще бы! Роман молодой женщины и мужчины в годах. Для тебя это явно что-то меркантильное и грязное.
— А для тебя свет луны и аромат розы, да?
От его цинизма Нину передернуло.
— Прекрати, Фредерико. Ты сейчас говоришь, как в скверном детективе.
— А ты по-прежнему уклоняешься от ответа, как только я пытаюсь узнать что-то о тебе и Лучано.
Глаза Нины широко раскрылись.
— Фредерико Бьяччи, — повысив голос, заявила она, — это ничуть тебя не касается.
— Простое любопытство. — Он пожал плечами.
— Любопытство или ревность? — не подумав, спросила Нина.
Не успели эти слова слететь с ее языка, как она тут же пожалела о своей несдержанности. Ведь сама мысль об этом абсурдна. Но Фредерико вовсе не разразился громкими протестами, он вообще ничего не сказал. Неужели он ревнует ее к Лучано? Он часто заговаривал с ней о Лучано, но она не могла ничего ему рассказать, вообще помалкивала, чтобы не выдать правды. Но ведь для ревности нужны основания. Означает ли это, что Фредерико испытывает к ней какие-то чувства? Как было бы чудесно! Но Нина тут же отбросила эту мысль.
— Давай пойдем в сад с бутылкой вина. Ты будешь рисовать, а я смотреть, — предложил он.
Нина видела, как он открывает холодильник и достает бутылку белого вина. Это уже интересно. Он ничего не отрицает, но и не признается в ревности. А чего она ждет? Глупо было надеяться на ответ.
— Я не смогу писать, если ты будешь стоять за спиной и смотреть, — слабо запротестовала Нина. Она боялась не за качество рисунка, а за свое сердце, которое станет отчаянно колотиться, если рядом будет находиться Фредерико.
Он отвернулся от холодильника.
— Весьма польщен, — с понимающей улыбкой проговорил он.
Нина покраснела. Он просто флиртует с ней, напомнила она себе. Нина достала из большого кухонного шкафа свои кисти и краски. Говорить ему о том, что одной ей работать спокойнее, бесполезно. Фредерико все равно пойдет с ней.
Она писала каждый день после обеда. Находила тенистое место в саду и всем сердцем отдавалась живописи. Ее всегда сопровождал Карло, который растягивался в тени и похрапывал. Нина всю жизнь провела в Англии, поэтому не привыкла к сиесте, но Фредерико в это время всегда отдыхал в доме.
Потом он спускался к ней в сад и смотрел, как она пишет. Карло постепенно привык к тому, что хозяин близко подходит к Нине и склоняется над ее рисунками.