— Можно, я их нарисую?
Нина открыла рот от изумления.
— Ты… нарисуешь? — невнятно переспросила она.
— Глаза и все остальное, — сказал Фредерико и легко поцеловал ее в кончик носа.
Все еще не пришедшая в себя от смущения, Нина молчала, удивленно глядя, как Фредерико взял ее альбом, нашел в нем чистую страницу, открыл краски и выбрал кисть.
В конце концов Нине удалось заговорить:
— Ты рисуешь? Но ты никогда не говорил об этом.
— А ты не спрашивала, — не поднимая головы, пробормотал Фредерико в ответ. Он занимался смешиванием красок.
— Зато ты задавал мне самые разные вопросы. Даже интересовался, почему я так люблю использовать голубой цвет.
— Просто мне было любопытно, что ты видишь такое, чего не вижу я. Ведь мир такой, каким его мы видим. Ты согласна?
Нина открыла было рот, чтобы ответить, но тут же снова закрыла его.
Фредерико посмотрел в ее пораженное лицо и с улыбкой спросил:
— В чем дело? Ты со мной не согласна?
К Нине вернулось самообладание, и она засмеялась.
— Я очень удивилась, вот и все. Вот уж не предполагала, что у тебя есть талант… я имею в виду талант к живописи. — Она снова рассмеялась. — А теперь я сразу почему-то решила, что ты талантлив. Возможно, никакого таланта у тебя и в помине нет.
— Может, и так. Дай мне закончить, а потом суди сама. Только не подглядывай. — Фредерико поднял голову и кивнул на скамейку напротив. — Сядь туда. Там больше света, к тому же от искушения лучше держаться подальше.
Нина быстро вскочила и одернула свою рубашку. Неужели она для него искушение? Или он просто поддразнивает ее? Выяснять у него Нина не стала и села, куда он указал. В голове все смешалось. Он говорит такие вещи и таким тоном… бросает на нее такие взгляды… Ей стало страшно. Нет, определенно пора прекращать все это.
Она взглянула на Фредерико. Посмотри правде в лицо, сказала она себе. Да, их обоих сильно влечет друг к другу, но ни один из них в этом ни за что не признается. Они скрывают свое влечение, пряча его за повседневными заботами. Заговори кто-то из них об этом в открытую, ничего хорошего не выйдет. Если между ними что-то произойдет, то это лишь еще больше запутает дело. Не стоит даже думать о подобном варианте.
Судя по всему, Фредерико очень близок с Лучано, но даже он не пользуется полным доверием ее отца. Она, Нина Паркер, сама служит тому доказательством. Ведь Фредерико ничего не знает о существовании незаконной дочери Лучано. И в такой ситуации для нее тем более опасно сильно увлечься.
А что имел в виду Фредерико, когда говорил, что у Лучано темное прошлое? Не является ли ее таинственная красавица-сестра частью этого темного прошлого?