Олеся кивнула.
- Так ведь можно заработать.
Уголки тонких губ, растянутых в сальную улыбочку, вздрагивали. Олеся в ужасе отшатнулась.
- Постой, глупая! - Мужчина попытался схватить Олесю.
Но та извернулась коброй, выскользнула и пустилась наутек.
Она мчалась не разбирая дороги, перепрыгивая через канавы, звонко хлопая подошвами по мокрому асфальту, попадая в фиолетово-белый свет ночных фонарей и ныряя в страшную тьму. Вокруг не было ни души. Город спал. Троллейбусная остановка скрылась где-то позади. Олеся завернула за угол дома и остановилась, хватая ртом воздух, задыхаясь. И поняла, что попала в очень оживленное место.
В широком проезде, образованном стенами пятиэтажек, в полумраке слонялись группы людей. Время от времени, светя фарами, в проезд вплывали автомобили. Олеся пригляделась. Две девушки в коротких темных платьях и на шпильках о чем-то разговаривали с водителем через открытое окно. Потом одна из них села в машину и уехала.
Следующая иномарка въехала во двор с противоположной стороны, выхватывая желтым ближним светом погрешности неровной дороги и бордюры. Едва притормозив у сумрачной стайки девиц, автомобиль тронулся дальше и остановился в пяти метрах от застывшей Олеси. Два парня из красного "ниссана" смотрели на яркое пятно, каковым являлась на этой загадочной темной улице сине-белая Олеся, и ждали, что девушка подойдет. А девушка и не собиралась.
- Эй, тебя что, парализовало? - спросил один из парней, высовываясь в окно. - Иди сюда!
- Зачем? - настороженно спросила Олеся. Парни переглянулись и засмеялись.
- Первый раз, что ли? - предположили они. "Господи! - поняла наконец-то Олеся. - Куда я попала! Это же ночная ярмарка проституток. О-о-о, - застонала она, - я хочу домой, к Игореше, к Никитишне! Игорь, милый, забери меня отсюда! Пожалуйста-а-а! Я буду хорошо себя вести! Я больше никогда не буду тебя ругать, что ты оставляешь включенным тостер! Я буду сама делать тебе утром бутерброд! Я научусь варить борщ, который ты так любишь! Я буду разумно тратить заработанные тобой деньги! Я... Только забери меня отсюда!"
- Выбор вообще-то большой, - напомнил вербовщик. - Ты шевелиться будешь или нет?
- Да двигай, Вить, она вареная какая-то. Зачем нам такая нужна?
- Ну, хорошенькая ведь!
- Тебя что, ее лицо интересует?
- Ладно, возьмем кого-нибудь поэнергичнее. Давай вон тех двух...
Но владельцам красного "ниссана" так и не удалось завербовать исполнительных и трудолюбивых красавиц, по крайней мере на этой территории, так как в следующее мгновение все участники ночного рынка были ослеплены пронзительными фарами милицейского "уазика". Он с ревом ворвался во двор, словно разъяренный бык на песчаную арену корриды.