— Хорошо, я его забираю, — коротко бросил Тони.
— Что? — Клэр пошатнулась, будто ее ударили в грудь. — Что ты имеешь в виду?
— Ты ведь для этого связалась со мной? Ты решила, что я заберу мальчика? Хорошо, забираю. Надеюсь, я вписан в его свидетельство о рождении?
Клэр рассеянно кивнула, недоумевая, в какой момент потеряла нить разговора. Тони полагал, что она хочет отдать ему Тима?
— Тогда не возникнет проблем с моим опекунством. Конечно, будет много бумажной волокиты, но…
— Никакой волокиты не будет. — В ее голосе послышались истерические нотки. — Почему ты решил, что я готова отдать его тебе?
— Потому что поняла, как нелегко быть одинокой матерью. Возможно, дядя Роджер не против быть дядей, но не рвется стать папой. — Тони равнодушно пожал плечами. — Неважно почему. Я только хочу, чтобы переезд не был болезненным для ребенка.
— Не будет никакого переезда. — Слабой рукой Клэр пригладила волосы. Она старалась говорить твердо и убедительно, но задыхалась. Проклятая слабость! — Я не дам тебе опекунства над моим сыном, — дрожащим голосом промолвила она.
— И моим тоже, — вкрадчиво напомнил Тони. — В наше время отцы могут получить права на ребенка через суд.
— Суд? — Клэр непонимающе уставилась на него. Вдруг у нее закружилась голова, пол закачался под ногами.
— Клэр? Что с тобой? — подскочил к ней Тони. Она была бела как полотно.
— Все в порядке, — еле слышно прошептала она и тут же потеряла сознание.
Тони успел подхватить ее на руки, она была легкой, как перышко. Это потрясло его. Он прижал ее к себе, всматриваясь в лицо. Глаза были закрыты, из-за этого следы недавней болезни проступали явственнее — синяки под глазами, впалые щеки. А если она умрет? От этого предположения у Тони сжалось сердце.
Он перенес ее на маленький диван, под голову положил подушку. Рука Клэр безжизненно соскользнула вниз. Тони присел на корточки у дивана и стал нежно поглаживать ее руку. Он вспомнил, как поступали в фильмах с теми, у кого случался обморок: их или гладили по руке, или брызгали водой в лицо. Он решил начать с руки.
Вглядываясь в лицо Клэр, он подумал, что, наверное, был жесток с ней. Он так разозлился, что даже не пытался смягчить свои упреки. Но у него были веские причины. Если она не собиралась отдать ему сына, то зачем написала? Вопреки бытующему представлению о силе материнской любви, не всем нужны были собственные дети. Мать оставила его и Сузи. Насколько он помнил, Клэр тоже была не нужна своей матери. Черт, похоже, это уже становилось традицией!
— Что произошло? — Обеспокоенный голос Роджера вывел Тони из задумчивости. — Что вы сделали?