— Где мы? — прозвучал голос с ноткой тревоги.
Я обернулся и увидел Орфу, стоящую совсем близко.
— Ох, ничего себе! — выдохнула она, переводя взгляд с моего лица на лицо Хэл.
На неподготовленных людей наша смена внешности в сновидениях всегда производила огромное впечатление.
— Все в порядке, — ответила ученица. — Сон меняет нас под себя.
Орфа выглядела так же, как в реальности, — высокая, кудрявая, лицо как будто нарисовано нежными акварельными красками, светлые, широко расставленные глаза. Одежда — коричневые брюки и тонкая белая водолазка — тоже не изменилась.
— Странное место, — сказал Рик, появившийся из-за плеча девушки.
— Все здесь? — спросила Хэл, стараясь держаться невозмутимо и уверенно.
Я быстро огляделся.
— Не вижу Криза.
— Только что был рядом со мной, — послышался голос Марка.
— Идите сюда, — откликнулся художник издали. — Слушайте, здесь такое… — Его интонация была довольно странной. Не тревожной, но близкой к этому.
Я отстранил Рика, стоящего у меня на дороге, удержал за рукав Адраса, собиравшегося снять со стены нечто вроде зеленой ленточной водоросли, сказал ему: «Ничего не трогай» — и пошел вперед.
Под ногами чавкало и хлюпало, с потолка тянулись тонкие нити воды.
Криза по-прежнему нигде не было видно, зато я нашел место, откуда раздавался его голос. Стену пересекала широкая вертикальная трещина. Я взялся обеими руками за ее неровные края и заглянул внутрь. Увидел часть комнаты, пол которой был обрушен, по стенам лениво текла вода и, переливаясь через зазубренные доски, падала в дыру. Мне пришлось сильнее наклониться, чтобы увидеть находящееся внизу. Пролом был завален человеческими телами. Они лежали неподвижно, все пятеро. Вода, наполняющая комнату, касалась их волос и одежды, лениво пошевеливала руки, так что казалось, будто кое-кто из людей делает слабые попытки выбраться. Но не может проснуться.
— Все нормально? — окликнул меня Адрас.
— Да, — ответил я, протянул руку, заставляя воду бежать быстрее.
— Что это значит? — неожиданно прозвучал у меня за спиной голос Криза, который сам подозвал меня сюда пару минут назад.
Художник только что подошел и теперь стоял неподвижно, глядя, как в мутном круговороте скрывается его собственное тело, лежащее ближе всех к краю.
— Опасность, — ответил я. — Для тебя особенно.
— Здесь или в реальности?
— Везде. Идем. — Я потянул его за собой, подальше от трещины в стене.
Но Криз не сдвинулся с места, перехватив мое предплечье.
— Нет, подожди. Объясни, что происходит.
Остальные подошли к нам, но уже не увидев ничего странного или страшного, с недоумением уставились на друга.