И только рассматривая этих женщин, пленник сообразил, что видел пока далеко не всех обитателей дома, и даже не половину. Или он плохо их запоминал? Да и как запомнишь, когда они все такие похожие в своих некрашеных, как старинные русские исподники, штанах и рубахах и с одинаково криво обкоцанными волосами?
– Урса… а длинные волосы… вы почему не носите? – осторожно поинтересовался Арсений и в который уже раз получил в ответ изумленный взгляд.
– Зачем?
– Ну… красиво… – Он сделал ладонью неуверенный жест, долженствующий изображать локоны.
– В деревне некоторые носят, – пренебрежительно и уверенно отозвалась она, – нам не нужно. Мы – воины! Когда туглы придут, на головы шапки наденем, а если тугл мечом или копьем по голове ударит, можно сразу лечить, волосы не мешают.
Все правильно, хмуро кивнул Арсений, если воин в шлеме, зачем ему волосы? Чтоб голова потела? А если ранят, не нужно тратить драгоценные секунды, чтобы выстричь волосы вокруг раны. И в этот момент он впервые особенно остро и полно осознал простую истину – туземный народ живет строго по законам военного времени. Всё, что не идет на пользу победе, считается лишним, ненужным и даже вредным. А все желания, заботы и надежды самих гаран сверяются по одному, неизменному шаблону: каким образом они принесут помощь в битве?! И никому из них не интересна его сломанная жизнь, им нужен боец, который поможет одолеть неведомых туглов, и только это имеет значение для всех этих громоздких, как Валуев, женщин. Как и для их хрупкой хозяйки… впрочем, о ней лучше и не думать.
В конце маленькой экскурсии по скотному двору, немного не доходя до кузни, обнаружилась вместительная кладовка, в которой на деревянных вешалах был аккуратно размещен целый склад теплых вещей.
Урса выдала напарнику длинные шорты и короткую жилетку из мягкого меха и пояснила, что это носят на голое тело. Дальше шли длинные носки, толстый свитер грубой вязки, еще одни меховые штаны, длинные и более свободные, и полушубок с шапкой. Последними напарница пыталась всучить Арсению и третью пару штанов, из толстой блестящей, как пластмасса, кожи, но он категорически запротестовал, заявив, если бы знал, что выдадут столько штанов, то не стал менять полотняные домашние портки на меховые шорты.
Собаки обрадовались Арсению, как старому знакомому, и позволили не только почесать лобастые морды и за ушами, но и осторожно огладить лохматые спины. Однако стоило открыть дверь, как звери, словно очумевшие, рванулись на улицу и тотчас исчезли в плотной стене снега, одновременно несущегося со всех сторон. На улице мела метель, и было серо и муторно, точно так же, как бывает в такую погоду в пригородах Питера. На короткий миг пронзила сердце сумасшедшая надежда… а вдруг… и тут же сгинула, погребенная неумолимым голосом разума. Пора забыть про родину и, если хочешь жить, упорнее искать способ выживания в этом неласковом мире.