Искомый запрещенный предмет обнаружился во внутреннем кармане.
— Выкладывай быстрее, и идем, — недовольно сказал господин и двинулся на выход.
— Сию секунду, господин Тедо! — виновато отозвался слуга и с некоторым трудом вытащил нечто, завернутое в платок.
При следующем проходе арка промолчала.
— Уже бегу! — крикнул в спину уходящим товарищам парень и принялся собирать со столика свои вещи.
— Вы не могли бы развернуть платок? — Функционал невзначай закрыл проход своим телом.
— Сейчас, — досадуя, ответил слуга и подчинился просьбе.
Сердце старика-смотрителя словно подскочило от увиденного — оно! Он не знал точно, что заинтересует заказчика, но страннее такого набора он еще не видел. Платок с бурыми разводами и вышивкой «Тлл», внутри которого десяток причудливо изогнутых крючков на едином скрепляющем кольце. На простую связку ключей подобное не походило вовсе.
— Можете идти. — Старик изобразил равнодушие.
— Ага. — Парень собрал все в горсть и не глядя рассовал по карманам. — Подождите меня! — вновь крикнул он в сторону главной площади.
Лим терпеливо дождался, пока карета с тремя студентами не скроется со двора, вернулся за стойку и достал новый лист бумаги. Кратко описав происшествие, людей и их имена, старик скатал листок в бумажный шарик и подошел к самому выходу. Лим протер лоб и несколько раз постучал по двери. Возле входа привычно ошивался десяток подростков, зарабатывающих на переноске багажа господ. Один из них слегка кивнул, не отводя взгляда от старика. Комочек бумаги выпал из рук Лима и покатился по ступенькам вниз. Дело сделано, оставалось гадать — тот ли человек нужен заказчику? А если нет — ничего страшного, быть может, им нужен парень в плаще? Или девушка с закрытым вуалью лицом? Или еще с десяток персон, так или иначе выделявшихся из толпы. Странных студентов в этом году хватало, как и бумаги, чернил для их описания и старательности Лима. Лишь бы внучку вылечили.
За время нелегкого разговора с Виктором день успел смениться вечером. Небо окуталось серо-стальными облаками, редкими каплями намекая о грядущем ливне.
Я шел по улице, мерным шагом отбивая ритм грустной песни в голове. Третий раз за неделю мир кардинально менялся после одной-двух фраз. То настроение пело птицей после неожиданной находки, чтобы разбиться о скалы реальности, то спокойствие и уверенность в завтрашнем дне сменились тяжелыми думами о заговоре отчима. Вот и возникали сомнения при виде очередного подарка судьбы — как бы не обжечься в очередной раз. Верить в честность Виктора и Томаса очень хочется. Мотивы хитрых стариков понятны — Виктор получил гарантии неприкосновенности внучки со стороны теневых гильдий. Ни один убийца не возьмет заказа на Джейн. В любящее сердце Томаса верится меньше, но чего только не бывает на свете? В случае смерти Баргозо гильдия не оставит его семье ни медяка — таков негласный закон. Быть может, он и правда беспокоится за судьбу ребенка и жены? А может, очередная интрига с неясными целями.