Артем на несколько секунд погрузился в размышления.
– Хорошо, – наконец решительно произнес он, – иди, ищи этот козырь.
Я рассмеялась.
– Слушаюсь, шеф! Только для начала расскажи, что произошло вчера после моего ухода. Как и почему тебя здесь заперли?
Артем состроил кислую мину.
– О! Об этом я могу только догадываться. Насколько я понял, мой драгоценный папенька, – с ехидцей передразнил он меня, – уверен, что я буйнопомешанный. И в приступе то ли ярости, то ли ревности пришил Юлю. А также ее приятеля. Прямо он этого, правда, не сказал, но намекнул достаточно прозрачно.
Артем покрутил пуговицу на пижаме.
– Думаю, он собирается запрятать меня в психушку, когда страсти вокруг этого дела поулягутся, – неожиданно зло добавил он, оторвал пуговицу и посмотрел на нее с удивлением. – Не может же он вечно держать меня на даче? Как ты полагаешь, что лучше: психушка или тюрьма?
Гомон птиц за окном усиливался. Где-то внизу хлопнула дверь. Пора было сматываться.
– Не переживай, дружище. Все образуется. – Я потрепала и без того взъерошенную шевелюру Артема. – Истина, она, брат, всегда торжествует.
– Не всегда, а как правило, – уныло внес поправку Артем. – А это совсем не одно и то же.
– Один день. Не больше, – торжественно напомнила я. – Ты мне веришь?
Артем кивнул. Лицо его посветлело.
– Вот так-то лучше. Папочка навещает?
– Завтра… то есть сегодня вечером собирался приехать, – взгляд Артема снова потух.
Я выглянула в окно. Возвращаться через балкон мне не хотелось, можно было запросто наткнуться на охрану, а это не входило в мои планы. Но вид из окна тоже не привлекал: бетонный забор находился метрах в трех от стены дома, между ним и домом росли невысокие фруктовые деревья, а за оградой виднелся пологий склон, сплошь покрытый густым кустарником. До ближайшего дерева было метров пятнадцать, не меньше.
Я потянула из кармашка веревку, но воспользоваться ею не пришлось. Внизу снова хлопнула дверь и послышались отчетливые шаги. Я посмотрела на Артема, тот пожал плечами.
– Утренний обход, – шепнул он, – через каждые два часа во все углы заглядывают.
Шаги приближались, время от времени слышался звук дверей.
– Окно открывается?
Артем кивнул, молча распахнул створки окна. Я сунула веревку обратно, застегнула поплотнее куртку и забралась на подоконник.
– Пока, братишка. Не скучай тут без меня.
Артем непонимающе выглянул в окно, затем посмотрел на меня, постучал пальцем по лбу и прошептал:
– Ненормальная.
– Разумеется, – весело отозвалась я. – А ты не думал, почему мы хорошо понимаем друг друга? Потому что ненормального понять может только ненормальный.