— Интересно, если выдернуть у него из хвоста перо, что будет, когда он перекинется обратно? — флегматично спросил у меня Винсент.
Поперхнувшись, я укоризненно покосилась на товарища.
— А что? — не моргнув глазом, поинтересовался он. — Хочешь пёрышко? К платью там прицепить, или в причёску?
— Не надо, — процедила сквозь зубы я.
И параллельно огляделась, как бы кто не услышал. Кажется, повезло: все были слишком сосредоточены на зрелище.
К нам неслышно подошёл Дилан. Держась более или менее почтительно (на полноценную почтительность у него не хватало не то актёрского таланта, не то мотивации), он тихо осведомился у Винсента:
— Есть что-нибудь новое?
— Нет, — лаконично ответил тот.
Дилан бросил на меня мимолётный взгляд и едва заметно подмигнул самым краешком глаза.
— Тогда я пойду. Строгий стражник на входе предупредил меня не надоедать господам ни одной лишней секунды, — наябедничал он.
— Ступай, — подчёркнуто высокомерно кивнул ему Винсент.
И тут же прикусил губу: пользуясь тем, что зал полон народа, а всеобщее внимание приковано к очередному действу, Дилан ощутимо наступил Воину на ногу.
— Получишь ведь, — спокойно предупредил Винсент.
— Если ваша светлость опустится до того, чтобы бегать через тронный зал за собственным лакеем, тогда конечно, — беззаботно откликнулся Дилан, после чего ретировался, вполне довольный собой.
— Наивен, как ребёнок, — фыркнул Винсент, даже не обернувшись, чтобы проводить приятеля глазами. — Не понимает, что я об этом не забуду. И он получит сполна, как только я вернусь в наши покои.
— «В наши покои»? — ухмыльнулась я. — Звучит и правда многообещающе.
— Лучше помолчи, — предупредил Винсент. — Ещё одна желающая доиграться.
— Смотри лучше презентацию, — едко посоветовала я.
Винсент недовольно передёрнул плечами: презентация его явно не интересовала.
К счастью, активное участие никому из нас не грозило. Винсент был представлен во дворце как посол соседнего королевства, а чужеземцы не были должны демонстрировать свой альтер. Исключение составляли те иностранные подданные, что приезжали во дворец на продолжительный период, от месяца и долее. Я же как конкурсантка участвовать в презентации не должна была и подавно. Предполагалось ведь, что ни у одной из нас альтера нет. На этом празднике мы присутствовали только ради развлечения.
Следующей выступала очередная придворная дама. Для её презентации лакей положил на жёлтый стул — тот самый, который использовался в первом показе, — цветок гвоздики. Дама провела над цветком рукой — и он стал вдвое больше, чем раньше. Она провела рукой в противоположную сторону — и размеры гвоздики стали прежними. Затем дама проделала то же самое с самим стулом и, наконец, с одним из своих перстней.