Она чувствует, что ее игра теряет убедительность, поэтому решает заканчивать.
— Ну ладно. Всё. Теперь у нас обоих есть что отпраздновать! Еще раз спасибо за розы. Желаю хорошо провести вечер. Завтра поговорим. Мы же во вторник договорились встретиться, помнишь? Ты молодец. Правда. Молодец. Пока.
* * *
На вечеринке Декстер стоит один у стойки бара, скрестив руки на груди и опустив плечи. Время от времени кто-нибудь подходит его поздравить, но никто не задерживается рядом надолго, и хлопки по плечу больше похожи на утешение или даже, скорее, саркастическое замечание «молодец, что пропустил пенальти». Он продолжает накачиваться спиртным, но шампанское во рту кажется кислым, и ничто не способно избавить его от чувства разочарования, провала, настигающего стыда.
— У-ху! — К нему подлетает Сьюки Медоуз. У нее задумчивый вид. Еще час назад она была соведущей, а теперь превратилась в главную звезду. — Ты что такой сердитый и скучный?
— Привет, Сьюки.
— Ну что? Мне кажется, все прошло отлично!
Декстер не убежден, но они, тем не менее, чокаются.
— Извини за… водку. Я перед тобой в долгу.
— О да.
— Мне просто нужно было расслабиться, понимаешь?
— Мы это еще обсудим. В другой раз.
— Ладно.
— Потому что я больше не выйду на сцену, если ты будешь в дупель, Декс.
— Понимаю. Не выйдешь. Я у тебя в долгу.
Она придвигается ближе и упирается подбородком в его плечо:
— Тогда на следующей неделе…
— Что на следующей неделе?
— Пригласишь меня на ужин. Только в какое-нибудь дорогое место. Во вторник.
Она касается лбом его лба, ее рука у него на бедре. Во вторник он ужинает с Эммой, но ужин с Эммой всегда можно отменить, она не обидится.
— О'кей. Во вторник так во вторник.
— Дождаться не могу. — Она щиплет его за бедро. — Ну что, теперь ты повеселеешь?
— Постараюсь.
Сьюки наклоняется и целует его в щеку, потом подносит губы к самому его уху:
— А теперь пойдем, познакомлю тебя с мамой!
Глава 9
Алкоголь и сигареты
15 июля 1995 года
Уолтемстоу и Сохо
Портрет в багровых тонах
Роман
Эмма Т. Уайлд
Глава 1
За свою недолгую жизнь детектив Пенни Потом-Придумаю повидала немало сцен преступления, но такого ____ еще не видела.
— Кто-нибудь двигал тело? — спросила она.
Ядовито-зеленые буквы смотрели на нее с экрана монитора: всё, что она написала за целое утро. Сидя за маленькой школьной партой в маленькой комнатушке ее маленькой новой квартиры, Эмма перечитала написанное, затем снова перечитала, и всё это время за ее спиной недовольно бурлила батарея.
По выходным или по вечерам, если хватало сил, Эмма писала. Она начала два романа (в одном действие происходило в концлагере, во втором — в постапокалипсическом будущем); книгу для детей о жирафе, у которого была слишком короткая шея, с собственными иллюстрациями; остросоциальный, гневный сценарий телесериала о социальных работниках под названием «Крутое дерьмо»; пьесу для альтернативного театра о сложной эмоциональной жизни двадцатилетних; роман в стиле фэнтези для подростков, где учителя оказывались злыми роботами; радиопьесу об умирающей феминистке в стиле «поток сознания»; книгу комиксов и сонет. Ни одно из этих произведений не было закончено — даже сонет в четырнадцать строк.