— Подожди! — сказала Райна, когда наконец все закончилось, и Ира в полуобморочном состоянии обвисла на ремнях, которыми наставница ее привязала к стулу. — Сейчас я тебя освобожу и помогу переодеться, это твое трико все мокрое. Не трогая лицо руками! Ничего страшного — просто из носа шла кровь, да и на лбу она проступила сквозь кожу. Сейчас я все уберу. Надо было взять палочку потолще, а то теперь придется лечить тебе зубы. Подожди с одеждой, сначала я тебя всю разотру мазью. Чего ты дергаешься? Да не та это мазь, а другая. Она поможет тебе быстрее восстановить потраченные силы. Вот, теперь можно и одеться. Гарт! Подойди сюда и помоги отнести Рину в ее постель. Отдыхай, милая, а я побегу приготовлю для тебя отвар, чтобы быстрее восстановить раскрошившиеся зубы.
Ира не слышала ничего из того, что ей говорили. В ушах стоял звон, навалилась слабость, и было даже трудно дышать. Она словно куда-то уплывала и уже не чувствовала ни зубной боли, ни боли от многочисленных мелких повреждений в мышцах и связках, полученных во время процедуры, когда тело билось в конвульсиях. Она не дождалась целебного отвара, провалившись то ли в сон, то ли в обморок.
— Бедная девочка! — сказал Райне Гарт. — Без этого точно нельзя было обойтись?
— Думаешь, я бы решилась на такое, если бы был другой выход? — ответила Райна, утирая с лица до сих пор текущие слезы. — Ей самой для того, чтобы встать вровень со мной, потребовалось бы лет десять. А мне уже осталось совсем немного времени. И я не хочу, чтобы самое сложное она учила сама. Я полюбила эту девочку, Гарт, и не хочу, чтобы она погибла!
Ира лежала на застеленной кровати, бездумно уставившись в потолок. Сегодня у нее был выходной. Почему наставница вдруг решила, что девочке нужен отдых, было непонятно, сама Ира никакой усталости не чувствовала. Может быть, устала сама Райна? Расспрашивать о причинах такого решения не тянуло, протестовать — тоже, тем более что было что почитать из выданных ей для изучения книг. Прошел уже месяц со времени нападения разбойников и получения силы, но до сих пор стоило ей только вспомнить о том, чего ей стоило эту силу получить, и девочку начинало трясти. Сейчас она ни за что не решилась бы на подобное. Если бы ее даже поставили перед выбором пройти эту процедуру вторично или умереть, она без колебаний выбрала бы смерть. Тем, что она тогда не подохла или не рехнулась, она была целиком обязана наставнице, которая, не имея возможности избавить свою ученицу от боли, все силы отдала на то, чтобы сохранить ей жизнь и рассудок. Раньше у Райны над правым виском в волосах была темная прядь. Когда через три дня Ира поднялась с постели, она этой черноты в волосах наставницы не заметила, они у нее все были белые как снег.