Проклятье, как же сильно теперь Робберт ненавидел песок пустыни и арабов. Это по телевизору твердят о террористах и бандитских группировках, но на деле, они самые настоящие повстанцы: не может же треть страны быть экстремистами? Хотя кто этих арабов знает. Как на зло, эти сволочи были ещё и вооружены. Хотя первое время старый, потёртый временем и пылью АК-47 смотрелся недоразумением по сравнению с его новенькой высоко технологичной винтовкой с оптическим прицелом, средством подцветкой цели для малых штурмовых ракет и разными другими приспособлениями, которые шли в комплекте. Вот только песок сводил на нет все плюсы. Если вовремя не почистить, то постоянные осечки гарантированы, а чистить приходилось, порой, несколько раз в день. Особенно, когда приходилось здорово поваляться в пыли, укрываясь от перекрёстного огня за каким-нибудь случайным укрытием вроде выступа в стене или груды щебня. Да, на дальних дистанциях его винтовка превосходно точна и не замена. Вот только никто не давал ему этих дистанций, а двести метров – это даже не расстояние. Так же выяснилось, что хотя бронежилеты выдерживают выстрелы из калашникова, синяки остаются дай боже. Его знакомого, Стенли, зацепило в бок парой шальных пуль. Выжил, но получил перелом ребра и два ещё треснули. Ну, да сам парень не был крепышом, но всё равно попадание в шлем гарантировало лёгкое сотрясение, если не хуже. Ноги, к сожалению, как и руки не были защищены кевларом, а жаль, ведь это могло спасти Роберту его руку и дать шанс на возвращение в ряды военнослужащих. В добавок ко всему застрявший осколок рядом с позвоночником в непосредственной близости от сердца. И оставить как есть нельзя – опасно и хрен вытащишь. То врачей нет, то слишком дорого, то ещё что-то. Вот и приходится ходить на ежемесячные процедуры. Непонятно только зачем: осколок от этого безопаснее не становится, а счета оплачивать приходится.
Впрочем, спорить с врачами Роберт не осмеливался. Знал бы сам Роберт, что лечащие его врачи сами не рады такому пациенту, то безмерно бы удивился. С одной стороны, они могли попробовать извлечь осколок, но вот беда: риск слишком велик. Оставить всё как есть не получается, так как в случае чего могут засудить. Вот и приходилось выкручиваться. Ну, да, Роберт исправно платил, но для американцев это было нормой, поэтому врачи даже не задумывались о том, что им за эту тянучку ещё и платят, а сам Роберт не осознавал того, что его деньги уходят в никуда, так как привык за всё платить. То, что всё в мире имеет свою цену, он прекрасно понял с детства.