Оказалось, что понятие «к чаю» для Колдунова обозначает не пошлый тортик или конфеты. Он остановился перед стеллажом со спиртным.
– Я знаю, что женщины любят мартини или «Бейлис», – улыбнулся Ян Александрович. – Время более подходящее для «Бейлиса». Ты как считаешь?
Катя, которой за последние десять лет мужчина не купил даже ободранной мимозы на Восьмое марта, пунцово покраснела и стала с жаром уверять Колдунова, что ее любимым напитком является вино «Медвежья кровь» за восемьдесят рублей.
– Давай тогда уж и пятновыводитель купим, чего мелочиться. А утром на соседних койках в токсикологической реанимации проснемся.
В конце концов он купил коньяк и плитку хорошего шоколада. На цены Катя старалась не смотреть, а когда он расплачивался, отошла.
В однокомнатной квартире Колдунова она чувствовала себя неуютно: очень боялась неловким движением порвать ту ниточку, которая, казалось ей, протянулась между ними. А Яну Александровичу было вольготно. Не успела она снять пальто, как он втолкнул ее в совмещенный санузел, напутствуя словами: «Иди пописай с мороза». Катя страшно смутилась, тем более что совет был кстати.
Она боялась помочь ему накрывать на стол: вдруг он подумает, что она демонстрирует свою домовитость?! Поэтому, пока он нарезал в кухне лимон, кипятил чайник и снимал обертку с шоколада, Катя стояла посреди комнаты и озиралась.
Обстановка была небогатой и очень стандартной. Стенка с книгами и телевизором, диван, журнальный столик – и больше ничего. Катя подошла к окну. Никаких стеклопакетов не было и в помине, а окно не было даже заклеено на зиму. Наверное, Колдунов был принципиальным противником законопачивания окон не только на работе, но и дома. Потолок и обои выглядели, в общем, ничего, а вот пол явно покрывали лаком еще в пору колдуновской юности.
Кате очень хотелось подойти к книжному шкафу и посмотреть на книги, которые читает Ян Александрович, но она стеснялась. Может быть, он воспримет это как неуместное любопытство.
Ни видика, ни музыкального центра в комнате не наблюдалось, и Катя вздохнула с облегчением. Ей бы не хотелось слушать сейчас попсу.
В этот момент Колдунов появился в комнате с бутылкой в руках.
– Я открою, – сказал он, – а ты принеси пока лимончик из кухни.
«Чаю не будет», – поняла Катя.
Ее опыт употребления крепких напитков был очень ограниченным. Во время праздничных застолий Катя обычно выпивала бокал вина, которого ей вполне хватало для веселого настроения. Коньяк она пробовала один раз в жизни и более мерзкого вкусового ощущения не испытывала ни до ни после.