В результате он нашел работу у человека по имени Майер, который пытался разработать вакцину против бубонной чумы. Как только Бринк понял, что перед ним не сумасшедший, а гений, он тотчас перестал жалеть о прошлом. Он так ни разу и не увиделся с отцом и лишь изредка разговаривал с сестрой по телефону, как правило, в ее день рождения.
— Нет, родных у меня нет, — сказал он Аликс.
Откуда-то из темноты вышел Уикенс и, шатаясь, направился в их сторону. Катер слегка сменил курс. Подойдя к девушке, англичанин опустился рядом с ней на колени.
— Я проявлял терпение, — произнес он по-французски. — Но сейчас я хотел бы знать имена твоих сообщников.
Мотор катера прибавил оборотов.
— Отвезите меня домой, и я вам все скажу, — ответила Аликс.
Ишь, какая упрямая, подумал Бринк.
— Ты считаешь, что если между нами что-то было, то это меняет дело? — спросил Уикенс. — Надеюсь, ты понимаешь, как это важно. Причем, не только для меня.
— Я хочу тебе кое-что сказать.
— Все, что я хочу от тебя услышать, это имена, Аликс, — огрызнулся Уикенс. — И лишь потому, что мы… — он запнулся.
«Хотел бы я знать, что он не договорил», — задался мысленным вопросом Бринк, а вслух произнес:
— Если мы возьмем ее с собой, она нам все покажет.
— Да заткнитесь же вы, наконец! — вспылил Уикенс.
Торпедный катер описал на воде букву S, и Бринк был вынужден схватиться за палубу, чтобы не свалиться в воду.
— Контакт, ноль-четыре-ноль, — крикнул чей-то голос с носа катера. — Самолет, один-два-ноль-ноль.
Было слышно, как по металлическому полу катера зашуршали подошвы ботинок. Это матросы бросились к установленным на баке пулеметам. В следующее мгновение ночь прорезало металлическое стаккато — клик-клак — резкое и зловещее. А затем низко в небе, справа от них, возникла вторая луна. Нет, она не выплыла из-за горизонта, как то полагается луне, а возникла как будто из ниоткуда.
— Осветительная ракета! — крикнул кто-то в средней части катера. — Зеленая! Нет, белая! Стреляйте белой!
Луна стала ближе и крупнее, как будто ее подтащили к земле на веревке. И как только до Бринка дошло, что никакая это не луна, рядом послышался рокот двигателя и к катеру, прочерчивая в темноте огненный след, устремились крошечные кометы. Зловещего вида пулемет на ближайшей башне выплюнул им в ответ не менее зловещую очередь. Кометы впились в носовую часть катера, и на металлической палубе расцвел сноп искр. Катер сбросил скорость. «Неужели, мы налетели на скалу», — подумал Бринк.
Над головой послышался гул авиамоторов — сразу четырех. Вскоре луна превратилась в прожектор, укрепленный на брюхе самолета, а его крылья распростерлись не более чем в тридцати футах над катером. Из моря вверх взмыл сверкающий пенный столб, и в следующее мгновение водопадом обрушился на палубу. Водопад этот окатил с ног до головы водой Бринка и Аликс и едва не смыл за борт Уикенса. Бринк успел в последнее мгновение схватить англичанина за запястье, чтобы того не унесло в открытое море, но удержать не смог. Впрочем, Уикенс за это время сам успел ухватиться за металлическую трубу, к которой крепились торпеды. Впереди кто-то сыпал проклятиями. В следующий миг в воздух взметнулся очередной сноп искр, на верхушке которого затем расцвел белый огненный цветок. Осветительная бомба.