Мы проговорили с ней почти два часа, вспоминая старый деревянный барачный Биробиджан и его новый облик. Затронули проблемы жизни пенсионеров, приехавших в Израиль из бывшего Союза. Не всем там нравится. Чужая страна не стала старикам родной. Возможно, не уехали бы туда наши бывшие соотечественники, родные и близкие, друзья, если бы государство заботилось и переживало за своих граждан, не относилось бы к ним как к расходному, а к пенсионерам как к отработанному материалу, который выбрасывают на свалку. Люди во всем цивилизованном мире считаются основным богатством страны. Жаль, что в России принятые с большим опозданием решения по возвращению граждан ещё не дали того результата, на который законодатели рассчитывали. Значит, что-то не так сформулировано в этих законах, значит, что-то ещё надо менять в устройстве Российского государства, если люди не возвращаются домой, туда, где они родились, где живут их друзья, где для них начиналась Родина. А может, многие наши бывшие сограждане просто не знают, что их здесь давно ждут? Как хочется верить, что вернутся на родную землю наши пенсионеры — наша история и наша гордость, а вместе с ними приедут их дети, иначе не будет будущего у России.
P.S. Через два года после интервью бывшие биробиджанцы Шифра Борек, а затем её дочь Нелла скончались в Ришон-Леционе.
После Великой Отечественной войны наша страна медленно восстанавливала разрушенное хозяйство. Наступивший мир не принес людям материального облегчения, экономической и политической свободы. На фоне великой Победы над фашизмом культ личности Сталина достиг своего апогея. Руководящие органы партии с марта 1939 года по октябрь 1952 года не провели ни одного съезда.
Партия и власть после войны установили жёсткий идеологический контроль над обществом. Была развёрнута откровенно антисемитская компания против интеллигенции и творческих работников, которая вылилась в широкомасштабную борьбу с космополитизмом. Раскручивалось «Дело врачей», начались партийные чистки.
В то же время на территориях Украины, Белоруссии, Молдавии, республик Прибалтики, оккупированных в годы войны немцами, проводилась работа по выявлению предателей, преследованию тех, кто, по мнению властей, преднамеренно остался и не покинул свои дома с приходом фашистов. НКВД не церемонился и не выяснял подробности, почему семья не бежала вместе с отступающими советскими войсками на восток. Многие из проживавших в тех республиках не хотели покидать свой дом, бросать своё имущество, другие — просто физически не успели выехать, как и наши отдельные воинские части, которые в ходе стремительного наступления фашистов оказались в тылу врага на оккупированной территории, и выбор у них был небольшой: умереть или сдаться в плен.