— Они там еще Берлин не берут? — сменил я тему, оглянувшись на прожектеров.
— Нет, пока только окружают германские войска на рижском направлении, — улыбнулся поручик.
— Скажите, Николай Васильевич, а почему вы до сих пор поручик? Вы же, если не ошибаюсь, чуть не с первого дня на войне. Да и в поиски ходить вам явно не по чину.
Иванов усмехнулся и неопределенно поведя в воздухе рукой, ответил
— Так всем спокойней, знаете ли. Когда я и начальство разделены линией фронта, у каждой из сторон меньше неприятностей.
Вот ведь туману напустил. Поговорив с поручиком, я решил проведать, наконец, своих. В госпитале не успел, так хоть здесь надо, а то потом может уже и не получится.
Накинув свою кожанку – на переходах между вагонов можно было легко простудиться, я поковылял по поезду. Похоже, я погорячился. Идти с костылем по качающимся вагонам было трудно. Хорошо еще, что поезд шел неспешно и качало не сильно. В каждом вагоне меня пытались завернуть обратно, но шел упорно как ледокол к северному полюсу, благо силу применить никто не решился.
Наконец, добрел до нужного вагона. Огляделся и сразу наткнулся на удивленные глаза Клима. Тут же увидел и остальных. Не знаю как им это удалось, но ехали они все вместе.
— Здравия желаю, ваше благородие! — обрадовались мужики.
Ишь ты, уже знают, оказывается. Все-таки, новости в армии распространяются быстрее скорости звука.
— Да ладно вам, ребята. Давайте уж как раньше по именам называться.
С мужиками просидел долго. Втихаря помянули припасенным спиртом павших, загородившись от медперсонала спинами. Те делали вид, что не замечают. Спросил не будет ли неприятностей у них из за этого. Мужики улыбнувшись шепнули, что спирта от броневиков припасли много и как-нибудь разберутся. Не пил только Сыпченко – ему после контузии было нельзя. Голова у механика уже почти не болела, но заикой, похоже, останется навсегда.
— Хороший человек был Терентий. С понятием. Хоть и был к спирту слаб, а проникся и не лез.
— О чем это ты, — удивился я.
— А ты, Сергей Алексеич, что думал. Раз сказал: "спирт не трогать" и все? — ехидно глянул на меня Клим, — пришлось внушение сделать по-первости. Ну да народ у нас подобрался правильный, сами потом разобрались что к чему и не лезли уже.
— А не доложил почему?
— А зачем? У тебя и так забот хватало. Мы же видели, что ты о нас заботишься, для сохранности нашей стараешься. Чего мелкими заботами голову забивать хорошему человеку.
Обсудили возможности передать вдове пулеметчика посылку. Мужики сообщили, что уже нашли вчистую списанного по потере ноги земляка, которому можно доверить ценный груз. Правда, надо было и ему помощь оказать, а то, мол, не по-людски. Спорить не стал, им виднее как надежней и правильнее.