Я послушно кивнула.
— Что будет с Урбаном? — спросила я.
Дагон замер в дверях.
— Даже не знаю. Если нам очень повезет, то мы найдем способ заставить Алазара вернуть ему молодость и прежнюю силу. Если нет, то боюсь, что он скоро умрет.
Дагон тихо вышел и закрыл за собой дверь. То, что он даже не попытался меня поцеловать и ни словом не обмолвился о своем предложении, сделанном накануне, немного расстроило меня. Я выпила залпом вино и, раздевшись, забралась в кровать. Сон пришел ко мне мгновенно. И до утра я проспала без сновидений, словно погруженная в темный омут. Меня разбудил тихий стук в дверь. Я встала, сонно потирая глаза, прогоняя остатки сна. Это была служанка. Она передала, что скоро завтрак и меня уже ждут.
Одевшись в мужской костюм, я умылась из принесенной мне деревянной чаши. Принялась собирать вещи. Первое, что бросилось мне в глаза, когда я открыла сундук, оказались золотые наручи, заботливо кем-то уложенные поверх моих платьев. В мыслях промелькнул образ Эйрика. Я подумала, что именно он сделал это. Слуги не решились бы без разрешения открыть мой сундук, а просто положили бы находку на стол или кровать. Я бережно прикоснулась к украшению. Золото приятно холодило кожу пальцев. Я улыбнулась. Что ж, вероятнее всего, я когда-нибудь все-таки решусь надеть их.
В последний раз, оглядев комнату, в которой я провела столько приятных дней в обществе Гуды, я вышла и быстро спустилась вниз. После беглого завтрака в компании молчаливой Ингрид, вышла во двор. Сундук с моими вещами был уже давно перенесен слугами на корабль. Эйрик ждал меня у дверей.
— Хотелось бы попрощаться с Урбаном, — сказала я ему.
Он покачал головой.
— Я был у него. Он не хочет, чтобы мы видели его таким, каким он стал, — сказал Эйрик. — И я его прекрасно понимаю. Я бы тоже не хотел, если бы оказался на его месте.
— А Ингрид?
Она будет провожать корабль на берегу. Там и проститесь.
Мы медленно направились в сторону пристани. Нас провожали взгляды крестьян. Вокруг царила разруха и хаос. Я даже не могла себе представить, как долго им теперь придется восстанавливать то, что было уничтожено за какой-то час. На пристани заканчивались последние приготовления. Остатки воинства Урбана прощались с нами на берегу. Когда пришла Ингрид, мы просто молча обнялись. Я видела у неё на глазах слезы, когда поднималась по трапу на палубу. Как я бы хотела, что бы все было совсем не так, чтобы сейчас на берегу она стояла возле Гуды и Урбана, и они вместе весело махали нам руками и приглашали приезжать вновь. Я отвела взгляд, чувствуя, что вот-вот заплачу сама.