– В галерее всем скажу, что ты приехал с ними познакомиться, а я тебя приютила.
Лайам понимал, что Саше надо будет придумать какое-то объяснение для окружающих, а какое – ему было все равно.
– Отлично! А можешь сказать, что я твой любовник и мы всю неделю проведем в постели. – Саша забеспокоилась не на шутку. – Не бойся, я не собираюсь ставить тебя в неловкое положение, – улыбнулся Лайам и поцеловал Сашу.
– Смотри у меня! Иначе я приму самые суровые меры.
– Обещаю!
Ночью они опять были вместе и спали в объятиях друг друга. Перспектива провести с ним целую неделю привела Сашу в возбуждение. Еще вчера она обещала себе, что все кончено, а за сутки все так изменилось. Теперь ради Лайама она готова была поставить на карту свою репутацию и даже жизнь, выбора она себе не оставила.
Когда наутро в сопровождении Лайама Саша направилась к галерее, вид у нее был даже более деловой и строгий, чем обычно. По понедельникам галерея была закрыта, но персонал работал. Это была хорошая возможность привести в порядок срочные дела. Саша была в черных слаксах и черном свитере. А Лайам остался верен себе – ковбойские сапоги, кожаная куртка, белая футболка, джинсы и бейсболка. После обеда они договорились отправиться в магазины и купить ему запас футболок и белья. Лайам и помыслить не мог, что задержится в Париже на целую неделю, и никаких вещей с собой не захватил.
Саша представила его своим сотрудникам. Лайам держался непринужденно и любезно и всех очаровал. Неделю назад он прислал слайды со своих картин. Теперь Бернар сказал, что галерея жаждет выставить сами полотна. Они обсудили выставку в Нью-Йорке, наметили ее на конец года. А пока оба отделения галереи, и в Париже, и в Нью-Йорке, будут выставлять его отдельные картины. Для Лайама это хороший шанс. А Эжени при знакомстве с новым клиентом чуть не упала в обморок. Потом она призналась Саше, что в жизни не видала такого неотразимого красавца. Саша разделяла это мнение. Эта неотразимость и была главной проблемой.
Вечером, после бурного секса, Лайам лежал в ее постели, как юный, гордый собой лев, и делился впечатлениями от галереи.
– Так что скажешь? – спрашивала Саша. Ей интересно было его мнение, взгляд художника на то, что она делает. Для нее это была редкая возможность получить оценку своей работы с другой стороны, услышать мнение человека заинтересованного. Для торговца произведениями искусства это ценная возможность, и мнение Лайама много значило для Саши. Хотя она доверяла и себе – в том, что касалось галереи и художников, интуиция ее никогда не подводила.