Капитан переступил с ноги на ногу и, заложив руки за спину, проговорил:
— Вы, возможно, не осведомлены о том, что прошедшей ночью Призрак Сент-Джайлза ворвался в Бедлам, напал на надзирателя и устроил побег опасному сумасшедшему.
Да, конечно, Тревельон должен был заинтересоваться этим делом. Откинувшись в кресле, Максимус спросил:
— И что, по-вашему, я должен с этим делать?
Тревельон довольно долго смотрел на герцога с совершенно непроницаемым видом. Наконец ответил:
— Ничего, ваша светлость. Это моя обязанность — поймать и арестовать Призрака Сент-Джайлза, чтобы он в дальнейшем не причинял вреда обитателям Сент-Джайлза и, разумеется, всем остальным жителям Лондона.
— А этот последний случай как-то поможет схватить его?
— Разумеется, нет, ваша светлость, — ответил капитан, еще больше помрачнев. — Но я нахожу интересным, что преступник, которого обычно видят только в том районе, по названию которого он получил свое прозвище, объявился так далеко на востоке, у самого Мурфилдса.
Максимус пожал плечами, делая вид, что ему все это надоело.
— Призрака видели и у здания оперы на Ковент-Гарден — это за пределами Сент-Джайлза.
— Но очень близко к Сент-Джайлзу, — тихо уточнил Тревельон. — А Мурфилдс — в противоположном конце Лондона. К тому же тот Призрак, что был около оперы, исчез два года назад.
— Исчез? — Максимус замер.
— Я провел изучение перемещений Призрака Сент-Джайлза, ваша светлость, — произнес Тревельон со спокойствием человека, сообщающего о том, что пошел дождь. — Так вот, проверив все его перемещения и действия, я пришел к заключению, что существуют, по меньшей мере, три человека, изображающие Призрака Сент-Джайлза.
— Но как… — Понимая, что капитан наблюдал за ним, Максимус взял себя в руки и, нахмурившись, спросил: — Вы уверены?
— Абсолютно, — кивнул Тревельон. — Один из Призраков был более беспощадным, чем два других. Под своей мягкой шляпой он часто носил седой парик и имел обыкновение не заботиться о собственной безопасности. Уверен, тот человек уже умер. Другой Призрак никогда не убивал, насколько мне известно. У него были свои волосы, темно-каштановые, и он носил их стянутыми шнурком на затылке. Я не видел его уже два года. Вероятнее всего, он тоже мертв. Третий же в полном здравии. Он носит белый парик и мастерски владеет шпагой. Я называю его «основным Призраком», и именно его я увидел в ту ночь, когда сгорел дотла старый Приют для детей из неблагополучных семей и подкидышей. Он тогда помог задержать безумную женщину, известную как Мать-утешительница.
«Боже правый! — мысленно воскликнул Максимус. — Оказывается, капитан и это знает!»