Миколика выпалила это на одном дыхании. В комнате после ее горячечного предложения воцарилась тишина. Даже Эдриан настолько оторопел, что слегка ослабил контроль за моим телом. И я поспешила воспользоваться этим, лично задав тот вопрос, который терзал меня.
— Зачем тебе ребенок? — спросила я. — Разве арахнии способны любить своих детей?
— О, я чувствую обиду в твоих словах. — Миколика понимающе хмыкнула. — По всей видимости, ты не простила свою мать, когда та выгнала тебя, повелев держаться подальше. Но она дала тебе жизнь, и ты даже представить себе не можешь, как тяжело ей пришлось во время беременности. Более того, она отослала тебя прочь, понимая, что иначе одной из вас придется умереть. Тамика, то, что сделала для тебя твоя мать — высшее проявление любви и самоотверженности, на которое только способна арахния.
Я вспомнила про ритуал соединения судеб, к тому же проведенный моей матерью. Пожалуй, в чем-то Миколика права. Моя мать заботилась обо мне так, как умела. И не мне винить ее в том, что не всегда это у нее получалось.
— Я и не знал, что арахнии способны на такое, — сказал Морган, и в его интонациях мне послышалась непонятная досада.
— Я могу забрать тень только у другой арахнии и только по ее взаимному желанию, — ответила Миколика.
— Для тебя это будет настоящим решением всех твоих бед, — продолжил Морган, обращаясь ко мне. И опять в его словах мне почудился странный ядовитый сарказм. — Ведь тогда ты сможешь вернуться к Арчеру. Полагаю, его родители не будут возражать против вашей свадьбы, если ты станешь человеком. И ты уже знаешь о том, какой ритуал тебя ждет после.
Я хотела бы поморщиться, но не смогла. Эдриан вновь самолично распоряжался моим телом. Да, драконий свадебный ритуал — тема для отдельного разговора. Как-то не хочется мне получить удар кинжалом в грудь от любимого супруга. И стоит ли избавляться от одной тени, чтобы тут же обзавестись новой?
— Нейна Тамика Ульер. — Лицо Моргана кривилось от переполнявших его эмоций. Правда, я никак не могла взять в толк, почему он принимает это настолько близко к сердцу. — Звучит, ничего не скажешь.
— А я-то думал, Мика уже отказалась от сумасшедшей идеи войти в род этих психов, — простодушно удивился Фрей. Хихикнул: — Как представлю, что она будет в гнезде высиживать яйца — так смех разбирает. Мика — несушка!
— Ну ладно, достаточно язвить! — резко осадил разошедшихся друзей Эдриан. — В конце концов, вопрос о том, желает ли Мика стать одной из Ульеров, касается исключительно ее и никого более. В любом случае, от тени-то она желает избавиться. И я не вижу ничего дурного в этом ее желании. Пусть уж лучше будет человеком, чем паучихой.