– Лизка, что случилось? – бросился отец к дочери и, игнорируя робкие замечания школьного врача о том, что девочке нужен покой, подхватил ее на руки. – Мы сейчас поедем к нашему семейному доктору, – сказал Алексей, поудобнее перехватывая Лизу. Он явно собирался нести ее на руках до машины, хоть Лиза и возражала, и болтала в воздухе ногами, и даже немного колотила его кулачками по плечу. – Спасибо за помощь, – поблагодарил он женщину-врача.
– Папа, со мной все в порядке! Не надо к доктору!
– Помолчи! – отрезал отец, неся дочь к машине.
– Ну па-ап, – заканючила Лиза, испугавшись пришедшей в голову мысли, что доктор может запретить ей поездку в Москву.
– Лизавета, я сказал – к врачу! И никаких «па-ап»! – строго повторил Алексей, перехватил дочь так, чтобы освободить одну руку и достать из кармана ключи от машины.
Когда он усаживал Лизу на переднее сиденье, застежка на браслете его часов зацепилась за курточку девочки и расстегнулась. Алексей не заметил этого, а когда, усадив дочь в машину, выпрямился, часы упали на асфальт.
– Гадство! – выругался Алексей, наклоняясь за ними. Поднял и увидел, что стекло треснуло от удара, а стрелки остановились. Он покрутил колесико заводки, но стрелки не сдвинулись с места. Алексей расстроенно выругался и сунул часы в карман, с тем чтобы потом показать их мастеру. Они были ему дороги, потому что их подарила Инга.
* * *
Короткий эпизод, приснившийся ей днем, не выходил из головы. В этот раз, хоть бабушка и «говорила», как обычно, ребусами, Инга поняла, что она имела в виду. В ее прошлом был лишь один такой эпизод, который она тщательно блокировала в памяти, не давая ему всплывать наружу.
Но может ли быть такое, что в прошлом Лёки тоже случилось подобное?
Инга понимала, что на это ей сможет ответить лишь сама Лёка, но не решалась взять телефон и позвонить подруге с таким вопросом. Если подобный эпизод действительно имел место, вряд ли девушке будет приятно о нем вспоминать.
Но в то же время Инга хорошо помнила, что, когда они познакомились с Лёкой, будущая звезда не только призналась в своей гомосексуальности, но и с некоторым даже вызовом ответила, что у нее не было других отношений кроме как с девушками. «Лёка не знает другой любви», – кажется, так сказала Инга тогда своему брату, когда рассказывала ему о своей подруге.
Но что же в таком случае имела в виду бабушка?
Инга решилась и взяла телефон.
– Лёка, ты мне как-то сказала, что у тебя все связи были с девушками, – стараясь, чтобы ее голос звучал твердо, а не вибрировал от неловкости, произнесла Инга, когда подруга ответила.