- Ты забываешься, - вскрикнул Шоцу, видимо мои слова попали прямо в цель. - Не тебе, грязному землееду, судить о прошлом клана Орчибат. Да стоит мне только сказать, что ты самозванец, и воины тут же подвергнут тебя ужасным пыткам!
- Ну, скажи, - усмехнулся я, наблюдая, как глаза орка от злости наливаются кровью. - Только вот я никогда не называл себя Вестником. А кто так меня именует? Напомнить?
Орк, догадавшись, куда я веду, крепко сжал кулаки и, с ненавистью прошептал:
- Отрыжка друма.
- Шургаан, Цагаан - это они назвали меня Вестником! Или ты хочешь сказать, что твой внук и глава клана настолько глупы, что простого человеческого мага спутали с посланником богов?
- Ладно, твоя взяла, - прошипел Шоцу. - Но после войны уезжай отсюда! Гибель своего послушника Храм тебе не простит, и я не хочу, чтобы его ярость обрушилась на наш клан.
- Какая война, старик? Ты оглох? Я не собираюсь ни с кем воевать, а вот вам придется. Объявление войны так просто не замять, - в горле у меня пересохло, и я сделал маленький глоток из чашки. Остывший напиток неприятно горчил, теперь понятно, почему его надо было пить, когда он был горячим. - Кстати, я тут случайно услышал, что у вас какие-то неприятности с шаманом?
От моей издевки Шоцу буквально подскочил на месте и чуть не кинулся на меня. Некоторое время мы сидели молча. Потом я, повинуясь наитию, морщась от горечи допил буци, и подлил из горячего чайника себе и старику напиток. Орк, хмуро смотря на меня из-под густых бровей, взял чашку и медленно отпил. Я повторил его действия и, допив буци, предложил:
- Начнем сначала?
Хранитель традиций ничего не ответил, только хмуро посмотрел на меня из-под густых бровей.
- Ответь мне на один вопрос, и я помогу вам победить Ашрах, если сойдемся в цене, конечно.
- Задавай, - голос Шоцу был тих, но это не было признаком поражения, а наоборот, говорило, что старик как змея затаился и готов при первом удобном случае атаковать.
- Почему Цагаан признал меня Вестником? С Шургой все понятно, мальчишка слишком впечатлителен и готов первого встречного маго с реликвией в руках признать посланником богов. но вождь? Что на него так повлияло?
- Убийство серого.
- Какого такого серого? - удивился я.
- Послушника Серого храма, которого ты сегодня убил. Или ты не знал, кто является твоим противником? - тут пришла пора удивляться орку. Он как-то по-новому на меня посмотрел, но потом, тряхнув головой, проскрежетал. - Ни один человеческий маг не может победить один на один шамана Серого храма.
- Но я его убил.
- Да, - согласился Шоцу. - Поэтому Цагаан и решил, что ты наделен благодатью Огадура.