— Если ты не против, мы подождем с выпивкой до тех пор, пока не покончим с этим делом, — сказал Ульф. — Насколько я понимаю, посылая нам телеграмму с сообщением, что у тебя есть срочные новости, ты имела в виду, что… скажем так, что ты похитила мистера Иста?
— Совершенно верно. Ист появился у нас в номере прошлой ночью, после того как убил Гуннара. Обнаружив там ожидавшего его Стефана, он убил и его. Похоже, это очень опасный человек.
— А потом пришли вы и арестовали его, — ехидно вставил Кайзерит. — Боюсь, мне трудно в это поверить.
— Я вошла к нему в доверие и обманула его. Это было не так уж трудно.
— Если ты говоришь правду, — сказал Ульф, — то зачем тебе понадобилось проделывать весь этот путь в Стокгольм, чтобы рассказать нам такую новость? Ведь Ист признает, что убил Гуннара, верно? Почему ты не убрала его прямо на месте?
— Она придумала какую-то комбинацию, — сказала Хельда.
— Разумеется, я кое-что придумала, — ответила Ингер. — Я хочу заключить соглашение с мистером Кайзеритом.
— Никогда не думал, что тебя интересуют деньги, Ингер, — удивился Ульф.
— Меня интересуют не деньги. Все это время я пыталась работать на Скандинавский отдел. Но теперь я хочу оказаться по другую сторону «железного занавеса».
— Господи, она спятила, — всплеснула руками Хельда.
— Ты в курсе, что мистер Кайзерит — директор Комитета государственной безопасности?
— Как раз на КГБ я и хочу работать.
Ингер встала. Она подошла к столу, взяла из стеклянной коробки сигарету и закурила.
— Вы хотите, чтобы я поверила, будто мистер Кайзерит ничего не знает о Скандинавском отделе. Ведь так, мистер Кайзерит? Но вы, конечно, все о нас знаете. Иначе не было бы никаких причин, по каким эти двое решили бы привести вас сюда, а вы сами — прийти на эту встречу. Они привели вас, чтобы заключить сделку, потому что им кажется, что убийство Гуннара освободило их от обязанностей перед Западом. В конце концов, это личное дело каждого. Но мое будущее принадлежит мне. Я работала на Скандинавский отдел больше семи лет. Все это время я выполняла задания, с которыми справился бы полный идиот, а в напарники мне дали пустоголового английского кретина с чувством юмора, достойным ученика начальной школы. Я сыта по горла такой работой. Меня тошнит от Скандинавского отдела. А от Гуннара Моеля меня тошнило еще больше. Я беспрекословно выполняла его приказы, пожалуй, в каком-то смысле я ему даже благодарна, но я не собираюсь больше ни минуты оставаться в этой организации, тем более в том случае, если ею будут руководить люди вроде Ульфа Дженнера и Хельды Петерсен. Думаю, что моя догадка правильна. Для людей, которые только что потеряли своего верного друга и вождя, у них на редкость довольный вид.