Мои друзья по играм нехотя отпустили меня. Они прекратили игру к стояли, глядя, как меня уводят. «Возвращайся! — кричали мне они. — Возвращайся обязательно!» А я не ответил им, я заглянул в лицо женщины, но она не обращала на них ни малейшего внимания. Она была очень серьезной.
Она подвела меня к скамье на галерее, и я стал рядом с ней, собираясь заглянуть в книгу, которую она распахнула на коленях. Страницы вспыхнули передо мной. Она указывала мне на них, и я в изумлении смотрел. На оживших страницах этой странной книги я увидел самого себя. Это была повесть обо мне, там было показано все, что случилось со мной со дня моего рождения. Это было поразительно потому, что страницы книги были, понимаешь, Розалина, не картинками, а действительностью. Казалось, можно протянуть руку, и она исчезнет в глубине этих картинок, что можно будет дотронуться до маленькой фигурки мальчика, которым был я сам.
Рэтт Баттлер многозначительно замолчал и вновь глянул в глаза Розалине.
Та ощутила какой-то странный холодок ужаса от последних слов Рэтта Баттлера. Ей хотелось верить в существование такой книги. Она даже уверяла себя, что для каждого человека существует подобная книга, в которой написано его прошлое, настоящее и будущее.
Но ее удивляло, как Рэтт Баттлер говорил о том, что произошло с ним в детстве. Но тут же женщина поняла, что подобные переживания никогда невозможно облечь в подходящие слова, и именно поэтому она поверила Рэтту Баттлеру, поверила в существование волшебной книги.
— Продолжай, — кивнула Розалина, — я понимаю тебя, прекрасно понимаю.
— Да, Розалина, это была самая настоящая действительность. Да, это было так, люди на ней двигались, события развивались. Я видел свою собственную мать, видел отца, как всегда прямого и сурового, видел наших слуг и наш дом, и все знакомые мне предметы. Затем я увидел, как в доме распахнулась дверь, и увидел несколько экипажей, проносившихся по пыльной улице. Я смотрел и изумлялся, и снова с недоумением заглядывал в лицо женщины, как заглядываю сейчас тебе, переворачивал страницы книги, перескакивая с одной, на другую, и все не мог насмотреться. Наконец, я увидел себя, когда топтался перед зеленой дверью в белой стене, и снова я испытывал душевную борьбу и страх.
— А дальше? Что было дальше, ты видел, Рэтт? — спросила Розалина. — Неужели возможно заглянуть в будущее?
— Я тоже так сказал этой женщине: "Дальше!" Я хотел перелистнуть страницу, но она строго удержала меня за руку. «Дальше!» — настаивал я, пытаясь осторожно отодвинуть ее руку, изо всех своих сил отталкивая ее пальцы. Но когда она уступила, и страница перевернулась, женщина склонилась надо мной и поцеловала меня в лоб.