А у меня, казалось бы, все есть, но что сегодня имею я? Материальное благополучие в виде роскошной квартиры и дачи академика? Обожание народных артистов, главных режиссеров столичных театров и чиновников ВГИКа? Лишь потому, что я для них — красивая игрушка, кукла для сексуальных утех, они же хором ревут при виде меня обнаженной:
«Истая Элизабет Тейлор, я хочу ее немедленно!»
…Главреж «Сатиры» Плучек, так тот вообще решил сходу мною овладеть. Наверное, поспорил со своими друзьями-режиссерами, что одной левой уложит меня в свою постель. Стал в гости захаживать. К себе в театр приглашал, якобы роль собирался дать. Но знаем мы все твои штучки-плучки! Пока я недоступна тебе — ты меня звездой Голливуда готов сделать. На словах, конечно. Как только я тебе свое потаенное место обнажу — все! — память у тебя начисто отшибет! Ничего, милый, подождешь, походишь ко мне с подарками, а я тебя пока на секс-карантине подержу. Вот роль дашь — тогда посмотрим!
Моя подруга, актриса театра «Сатиры» Таня Семенова, называет его просто — Чек. Такую кличку не дают абы кому — только очень денежному человеку. И он таковым является! Танюша объяснила мне систему поборов, которую внедрил в театре Плучек.
Оказывается, чтобы получить роль, все актеры что-то должны принести. И неважно, будет ли это постельное белье или кольцо с изумрудом, сырокопченая колбаса или серьги золотые — неси! Иначе не видать тебе роли.
А его система растления? К примеру, растление блудом. Стоит ему только намекнуть, что он готов дать роль, как все артистки наперегонки бегут к нему в кабинет, расстегивать ширинку, даже до дивана не успевают добраться! И вот этот жмот мне обещает роль дать?! Да он удавится скорее… Но мужик он, по всему видно, не без фантазии! Божился, что он сумеет добиться, чтобы мой портрет стал торговой маркой нового шампуня «Афродита». Этикетку с моим изображением будто бы на каждом флаконе пришлепают. А деньги за это я буду получать от фирмы «Красная Москва». И немалые.
Я сразу поняла, откуда ноги растут. Господин Байбаков, будучи председателем Госплана СССР, распорядился, чтобы фото его пассии, артистки краснодарского театра оперетты Евгении Белоусовой, красовалось на всех бутылках со знаменитым вином «Улыбка». Так то — Байбаков! А ты кто? Всего лишь главреж. Так что блефуешь ты, любовник мой несостоявшийся, но ход придумал верный, ценю. Видно, очень меня захотел в постели с собой видеть. Подождешь!
В мою бытность студенткой меня вместе с другими сокурсницами-милашками раз в неделю бонзы из ВГИКа и главрежи московских театров мобилизовывали на выездные «массовки», то бишь попойки в развратно знаменитом санатории творческой богемы, в подмосковной Рузе.