Это самая жестокая вещь, которую ей кто-либо когда-либо говорил. Но хуже всего, что при этом он имеет наглость продолжать смотреть ей в глаза.
— Да как вы смеете! — возмущается Бэт. — Прекратите говорить со мной! И немедленно оставьте меня в покое!
— Я вовсе не пытаюсь вас расстроить. Я просто должен сказать вам это. Прошу вас!
Эти слова гонят Бэт в спину, обратно в дом, в котором ей невыносимо находиться.
20
Том Миллер приносит с собой в полицейский участок свой красный скейтборд — как талисман, для уверенности в себе. Харди ничего не говорит, когда Джо, взрослый представитель ребенка на этом допросе, передает их младшего — Альфи? Джорджа? — Элли на время их разговора. Он отмечает пятна от пищи на футболке Джо и то, что выбрит он спешно и неровно. Честно говоря, Харди и сам не поймет, завидует ли он Джо, что тот сидит дома с детьми, или жалеет его.
Они проводят допрос, который по настоянию Миллер будет называться у них беседой, в специальной комнате для работы с детьми. В углу горой свалены неряшливого вида игрушки, которые вряд ли заинтересовали бы и дошкольника. Подъемные жалюзи плотно закрыты.
— Я просто водил его в скейтпарк покататься на доске, — сообщает Джо, пока Харди возится с видеокамерой. — Понимаете, подумал, что это как-то ослабит нервное напряжение. Но вместо катания там его обступили другие дети, все спрашивали о Дэнни. Они думают, что у него есть какая-то закрытая информация из-за того, где работает его мама. — Он тяжело вздыхает. — Не следовало мне его туда вести. Но понимаете, я просто пытался сделать что-то нормальное.
Харди с отсутствующим видом кивает, проверяя, попадает ли Том в кадр. Мальчик нервно моргает, глядя в объектив камеры.
— Когда ты в последний раз видел Дэнни? — начинает Харди.
Джо вздрагивает, как будто ожидал более постепенного развития событий.
— Перед тем, как мы уехали в отпуск, — отвечает Том.
— Когда это было?
За него отвечает Джо.
— Три с половиной недели назад. Мы уехали в четверг утром.
Харди внутренне закипает. Иногда один из родителей — не самый подходящий вариант взрослого, который должен присутствовать на допросе ребенка. Он заметил это, когда допрашивал друзей Шарлотты Гиллеспи, где защитный родительский инстинкт забивал все остальное. В этом смысле гораздо проще разговаривать с ребенком из приюта: социальный работник, по крайней мере, не мешает работать.
— Простите, — говорит Джо, угадав мысли Харди, и откидывается на спинку своего стула.
— Три с половиной недели назад, — эхом повторяет за отцом Том. — Мы уезжали в четверг утром. А за день до этого он заходил к нам. И мы с ним пошли в «Лидо».