— Но, но! Здесь тебе не обломится. — Она слегка отодвинулась и погрозила ему пальцем. Потом прижала ладонь к его губам. — Ох, и глупый же ты, Бомбардир!
Не выпуская ее из объятий, Дойль наклонил голову так, что его лоб коснулся ее лба. У него сдавило горло.
— Не доводи меня, девчонка!
Дженни мягко взяла его за подбородок и поцеловала. После минутного колебания Бомбардир отстранился, хотя продолжал держать руки на ее плечах. То, что он сказал, стало неожиданностью даже для него самого.
— Нет. Я не могу позволить, чтобы ты впуталась в эту историю. А потому выпью чай, что-нибудь проглочу и исчезну. А вы с бабушкой просто забудете о моем существовании.
Дженни фыркнула.
— Это уж мне решать, впутываться или нет. Садись лучше к огню да, будь добр, помолчи.
Он уселся в кресло и смотрел, как она заваривает чай.
— А что твоя бабушка?
— Она проспит до полудня. Людям в ее возрасте нужно много времени для отдыха.
Когда Бомбардир взял у нее чашку, Дженни проговорила:
— А может быть, лучше сдаться, Бомбардир? Все равно тебе некуда бежать. И чем больше это затягивается, тем хуже.
Дойль покачал головой.
— Тогда я потеряю все льготы, что означает еще два с половиной года отсидки.
— А ты уверен, что их потеряешь?
— Не знаю. В таких делах многое зависит от случая. Я уже сидел бы в камере, если бы прошлой ночью обстоятельства сложились по-другому.
— Что ты хочешь сказать?
Бомбардир рассказал ей о том, что произошло на квартире у Дорин. Когда он закончил, Дженни вздохнула.
— И что мне с тобой делать?
Он усмехнулся.
— У меня есть одно интересное предложение. Два с половиной года — чертовски долгий срок.
Девушка окинула его критическим взглядом и скривилась.
— Знаешь, раньше я об этом как-то не подумала, но теперь вижу, что тебе не мешает помыться. Ванная наверху, прямо у лестницы, и горячей воды у нас вдоволь. Отправляйся туда, а я пока приготовлю завтрак.
— Ладно, ладно, — улыбнулся Бомбардир, когда Дженни потянула его за руку и подтолкнула к двери.
Однако едва он очутился в ванной, как улыбка сошла с его лица. Два с половиной года! При одной мысли об этом его проняла холодная дрожь. Ах, если б этот чертов охранник не вздумал отправиться в буфет, а ему не взбрело в голову потискать медсестру! Но такова уж наша жизнь. Одно сплошное: «Ах, если бы…»
Бомбардир заканчивал одеваться, когда Дженни постучала в дверь.
— Как будешь готов, приходи в мою комнату. Это рядом с ванной. Я достала для тебя чистую одежду.
Когда он вошел, девушка стояла у кровати, склонившись над разложенными на ней брюками и свитером.
— Это вещи моего отца. Мне кажется, размер подходящий.