– И что же случилось? – спросил он. – Как вышло, что вы стали прислуживать?
Оливия пожала плечами.
– Ничего необычного… Я… – Она сделала глубокий вдох. – Я осиротела. Не было денег, еды. И я была вынуждена взяться за работу.
Герцог нахмурился.
– Взяться за работу? Вы хотите сказать, что были вынуждены содержать себя?
Ее улыбка была слабой и невеселой.
– Как видите, – промолвила Оливия.
Герцог видел перед собой девушку чуть старше двадцати лет, и она кратко рассказывала ему, как, выброшенная из буржуазного спокойствия, оказалась в нужде. Потому что, без сомнения, лишь отчаянная нужда может заставить ухоженного, любимого ребенка, которому нанимали учителей и покупали пианино, пойти работать прислугой.
В самом деле, такие истории не всегда заканчиваются тем, что несчастный сирота умудряется взяться хоть за какое-то дело. Единственная нравоучительная история, которая пришла Марвику на ум, была история имевшей жилье девушки, которая повстречала какого-то молодого щеголя, превратившего ее в содержанку. Конечно, времена меняются, но мир по-прежнему предоставляет мало возможностей хорошо воспитанным девушкам, вынужденным работать.
Герцог решил проявить немного скепсиса.
– А что же ваши родные? Они должны были позаботиться о вас!
– У меня была небольшая семья.
– Но кто-то же наверняка был! – Он сам не имел возможности наслаждаться общением с многочисленными родными, но даже у него был брат – Майкл.
Оливия встретилась с герцогом глазами. Наступило долгое молчание.
– Нет, – наконец промолвила она. – Никого у меня не было.
Герцог почувствовал, что ее ответ причинил ему боль. Что за странная реакция? Хотя на мгновение ему действительно показалось, что это он – неоперившийся юнец, а она превосходит его по опыту.
Это огорчило его. Он заговорил резче:
– И сколько же вам было лет, когда вы остались в одиночестве?
– Восемнадцать, ваша светлость, – с готовностью ответила Оливия. – Почти.
Почти?
– Вы хотите сказать, семнадцать?
Похоже, его тон смутил ее. Он демонстрировал ей герцогский гнев. Правда, Марвик и сам не понимал, на что сердится. Но он сердился.
– Да, – медленно произнесла она. – Полагаю, что так оно и было.
Семнадцать!
– И у вас не было никаких – даже семейных – связей, которые помогли бы вам? И как же тогда вы нашли свою первую работу?
– Есть такая вещь, как регистр прислуги, ваша светлость. – В ее голосе послышалась сухая усмешка, обращенная, без сомнения, на него. – Надо внести небольшую плату для того, чтобы узнать, в каких домах требуется прислуга.
– Да, разумеется. – Само собой, он знал о подобных вещах. – Но почему вы решили, что вам следует наняться служанкой?