У меня отвисла челюсть!
Черт, весело подмигнув, поднял ее, отчего я клацнула зубами, отлип от меня и от стены, крутанулся и направился на выход из подсобки, в которой мы, оказывается, пребывали в обществе швабр, веников, ведер и тряпок.
И вот когда он уже дверь открыл, эту самую подсобку потряс мой вопль:
– Что-о-о-о?!
Грациозно обернувшись, что вообще не вязалось с его комплекцией, Владлен Азаэрович снизошел до объяснений:
– Ты трижды сказала мне «да», Станислава. И перед последним «да» я предупредил тебя о последствиях. А ты его все равно произнесла. И теперь, по законам Преисподней…
Он не стал договаривать, но это и не требовалось – намек был более чем прозрачен. Короче, он же черт, у них существует норма права, регулирующая устные договоренности, и про три «да» я слышала и раньше, только вот.
– Черт! – простонала я.
– Именно так, – Владлен Азаэрович широко улыбался. – Кстати, дорогая, расизм в моей семье не приветствуется. Избавься.
Находясь в прострации после услышанного, я шепотом спросила:
– И что, большая семья?
Декан пожал плечами, посмотрел в потолок и начал подсчитывать:
– Отец, пять матерей, семнадцать братьев, четырнадцать сестер… кстати, все черти… Эм, не помню, сколько племянников, я не считал, но тебе придется – ты, как моя первая жена, будешь обязана вести семью и, соответственно, запоминать все дни рождения… – Он задумался и продолжил: – Так, пять бабушек. Я, к слову, старший сын, так что после смерти моего отца все бабушки и матери будут жить с нами. Эм.
Я не понимала – это шутка или он серьезно? А еще я понять не могла – он реально про брак? Нет, устное согласие, конечно, тут имеет значение, но чтобы настолько, это. это.
– Кстати, четыре тетки незамужние тоже будут жить с нами, – продолжил Владлен Азаэрович, – ну и.
– СТОП! ХВАТИТ!!! – заорала я.
На мой вопль Владлен Азаэрович отреагировал движением руки, типа «не мешай», и продолжил:
– Нет, я еще кого-то забыл. Эм. Ты ведь к старикам хорошо относ ишься, да? Насколько я в курсе, старшая невестка раз в месяц моет старшим членам рода ноги, ну так, в рамках традиционного поклонения.
Кто-то почти грохнулся на пол, сползя по стене. На пол не вышло – села на ведро, сверху мне на колени свалилась швабра. На мое перемещение в пространстве реакцией была насмешливо изогнутая бровь, после чего последовало:
– Знаешь, я даже счастлив, что все так вышло.
– П-п-почему? – пробормотала испуганная я.
– Видишь ли, у нас, чертей, никто не хочет становиться первой женой наследника рода… Ну, сама понимаешь, обязанностей много, опять же, ритуальное поклонение живым предкам и омывание грязных старческих ног мало кого радует, так что обычно в первые жены берут туповатых или в молодости по гулянкам сильно поистаскавшихся. И как бы все понимают, что первая жена обычно дань традициям и всякое такое, но. спать-то с женой все равно каждый порядочный черт как минимум раз в год обязан. У моих друзей, к примеру, первые жены столь страшны, что без половины бочонка вина к ним не сунешься, а мне, смотри-ка, как повезло – ты красотка.