И вампирши это отчетливо понимали.
– Что пьем, уважаемые? – ядовито поинтересовалась Мара Ядовитовна, шагая от бедра идеально грациозной походкой к посрамленным студенткам.
Студентки не впечатлились и пробормотали:
– З-завтрак.
– Завтрак, значит? – Ядовитовна начала обходить жертв сзади.
В принципе, это было хорошо – если плюнет сзади, тогда все, ни остеохондроза, ни сколиоза, ни ревматизма на веки вечные девчонкам не видать. Проблема в другом – вампирам подобные прелести и так не грозят, в силу расовых особенностей.
– Завтрак, – повторила кикимора, приближаясь к студенткам сбоку.
Сбоку – это плохо. Если плюнет – перекосит даже вампира!
– И от кого этот з-з-завтрак? – полюбопытствовала Мара Ядовитовна, плавно шагнув к девчонкам.
Счас плюнет! Счас точно плюнет, кикиморы, они такие!
Счас…
– Григорьева, – Мара Ядовитовна повернула голову и недовольно на меня взглянула, – ты почему там стоишь?
Вампирши бросили на меня взгляд, полный надежды. Потому что все знают – если плюнет, тридцать секунд форы есть! И в их красных взглядах пополам с надеждой виднелось отчетливое «Вот дура!». Да-да, они правы, только:
– Мара Ядовитовна, – я сделала осторожный шаг к ней, – видите ли, тут такое дело.
– Ну? – смоляная бровь кикиморы изогнулась.
– Тут такое дело.
Мара Ядовитовна сложила руки на груди, выражая готовность слушать, ну, или плюнуть – от нее явно всего можно ожидать.
– Тут дело такое, – продолжила я, – тут это. женились на мне. Помогите, чем сможете, несчастной студентке, невольно оказавшейся в брачной связи.
– Совет да любовь, – безразлично ответила кикимора. – Кто?
– Так это.
Внезапно подумалось, что оно как-то с Владленом Азаэровичем и свекровями проще будет, чем с одной Марой Ядовитовной.
– Кто? – теряя терпение, потребовала ответа кикимора.
Не, а чего я одна страдать должна, а? И, плюнув на сомнения, я громко призналась:
– Владлен Азаэрович!
Вампирши, до этого момента воспринимающие меня как надежду на спасение и дуру одновременно, крутанулись на каблуках и уставились на меня как на артефакт всевластия, а Мара Ядовитовна, выдав что-то невнятное, хватанула стакан у первой вампирши и залпом все выпила… Уставилась на меня. Хватанула стакан у второй вампирши, тоже все выпила и сипло произнесла:
– Хорошее вино, девочки.
– Ага, – хором отозвались те, не сводя с меня вожделеющего взгляда.
И вот с чего бы, казалось, а оказывается:
– Первая жена, значит, да? – вопросила Мара Ядовитовна.
– Э. – протянула я, – типа того.
Вапирши переглянулись, и раздался дробный удаляющийся стук каблуков! Проводив их потрясенным взглядом, я в ужасе посмотрела на кикимору. Ядовитовне стало жарко – одним движением распустив волосы, она расстегнула рубашку до груди, чтобы ложбинка была хорошо видна, томно потянулась и промурлыкала: