— Анита Блейк, это мой брат — Джерри.
Я сделала единственное, что смогла придумать на тот момент — просто подошла и протянула руку. Он мог ее проигнорировать, выглядя грубым, либо пожать. На секунду он удивился, затем протянул в ответ свою. Похоже, он не знал, как нужно пожимать руку девушкам, либо проблема заключалась в том, что я была девушкой Мики. В любом случае, это был огромный шаг вперед.
— Это Натаниэль Грейсон, — продолжил Мика.
Натаниэль последовал моему примеру, и Джерри также пожал ему руку. Натаниэля он одарил более крепким рукопожатием; возможно, все еще удивляясь нашей вежливостью?
Мика подошел ближе к своему брату, оказавшись позади нас.
— Мне жаль, что я не приехал раньше.
— Почему не приехал?
— Я думал ты ненавидишь меня, так что мало смысла было приезжать.
Глаза Джерри вспыхнули:
— Что ж, ты прав, я ненавижу тебя. Ты наговорил ужасные вещи матери и отцу.
— Знаю, что не смогу это объяснить, но у меня не было выбора. — Голос Мики стал тоньше, словно не только на глазах Джерри застыли слезы. Я боролась с собой, чтобы не посмотреть на него, чтобы не пошевелиться, как будто любое движение могло разрушить этот момент.
— У отца есть друзья среди федералов. Он сказал, что видел файлы, в которых описывалось, что с нами могло случиться, если бы ты не убедил какого-то подонка-оборотня в своей ненависти к нам.
И опять же, я удивилась, откуда, черт их дери, федералы узнали об этом. Но сейчас не время вынюхивать, да и Джерри не знал ответа на эти вопросы. Никак не могла решить, хочется мне повстречаться с этими добрыми федералами или бояться их.
— Я видел, какие ужасные вещи он проделывал с другими семьями. И не мог рисковать.
— Ты хорошо постарался, заставив нас думать, что ненавидишь всех нас. Мама рыдала неделями, а Бет не верила, что ты мог такое сказать, потому что не слышала тебя. Она думала, что мы лгали, потому что думали, что из-за ликантропии ты стал слишком опасен. Она думала, что мы вышвырнули тебя на многие годы.
— Не знаю, смог бы я сказать все что должен был, если бы там была Бет.
— Знаю, что не смог бы. Ты не мог бы смотреть ей в глаза и быть таким… жестоким. Ты был ее любимчиком, хотя охотился и убивал животных с отцом, а она это ненавидела, но все равно любила тебя больше всех.
— Джерри, она не любила меня больше всех… она любила меня по-другому, вот и все.
— Ты лживый ублюдок. — Прозвучал его голос за мгновение до того как по щеке скатилась первая слеза. Когда он снова заговорил, из-за слез его голос был слегка приглушен. — Я тебя ненавижу, ты лживый ублюдок.