Мама Мики прекратила обниматься, и я слышала, как Натаниэль сказал ей:
— Я тоже рад познакомиться с вами, очень рад. — Он улыбался, счастливый и спокойный, потому что никто из нас и подумать не мог, что все так гладко пройдет.
Высокий мужчина встал рядом с Микиной мамой. Он был почти под сто девяносто ростом, совершенно лысый, но с небольшой щетиной вокруг бледного полукруга макушки, а это значило, что голову брить он стал не в дань моде, а потому что начал лысеть. Брови у него были тонкие, почти черные и повторяли форму оправы очков. Глаза были яркие, чистого голубого цвета. На нем был темный костюм, бледно-голубая рубашка и темный галстук, что очень шло его статной фигуре, выгодно оттеняло глаза и бледность кожи. Очки и лысина отвлекли меня от остального его лица, так что я не сразу поняла, что он привлекательный.
Он положил руки на плечи матери Мики, хоть и невинном, но в абсолютно собственническом жесте. Я больше почувствовала, чем увидела, напряженность Мики.
— Так рад, что ты смог приехать, Майк, — сказал высокий человек, и протянул руку.
Мика принял ее.
— Я тоже рад, что смог приехать. — Он повернулся ко мне и сказал: — Анита, Натаниэль, это Тайсон Морган… муж моей мамы.
У меня тоже была мачеха и я понимала это неловкое чувство, когда хочешь представить их, но называть своими родителями не желаешь.
Рука у отчима Мики была большой, с тонкими пальцами, что соответствовало остальному его долговязому образу. Он улыбнулся.
— Доктор Тайсон Морган. Я преподаю в колледже, вместе с Бэй.
— Анита Блейк, маршал США.
Его губы изогнулись в маленькой кривой улыбке, а потом он покачал головой, скорее всего для себя, как мне кажется:
— Думаю, я слишком горд тем, что являюсь доктором Морганом, извините, зовите меня просто Тай.
— Нет нужды извинятся, это большое достижение. А что вы преподаете в колледже?
— Американскую литературу.
Мика оглядел зал в поисках кого-то:
— А где Бет?
— Она дома с другими детьми, — сказал Тай.
— Твену сколько сейчас, четырнадцать?
Они оба кивнули.
— А Готорну двенадцать, — подсказала Бэй.
Я старалась, чтобы мои мысли не отражались на лице. Твен и Готорн; я поняла, что детей назвали в честь американских писателей, Марка Твена и Натаниэля Готорна, но обычно такими именами называют живущих при библиотеке кошек, а не детей. Твен — еще куда ни шло, но Готорн, для мальчика? Непросто ему придется в начальной школе.
— У нас есть еще двое детей, ты не видел их фотографии на нашей странице в Фейсбуке? — спросила Бэй.
Мика покачал головой:
— Я в интернет выхожу только по делам. Еще двое? Мальчики или девочки?