Попробовала.
Всплыли воспоминания, как я вчера ненавязчиво задевала грудью его локоть, висла на руке под предлогом того, что споткнулась, и со стоном уронила лицо в ладони. Просто мавка быстро поняла, что, если так делать, запах желания становится сильнее!
Поэтому я вчера была сытая и веселая, а сегодня хоть и не голодная, но полная моральных терзаний.
Как еще кицунэ держался-то?..
Водяной-Под-Корягой, дай мне сил и невозмутимости! Они пригодятся мне весьма скоро. Часы пробили одиннадцать раз, и я поняла, что пригодятся вот уже прямо сейчас! Надо идти вниз.
Если честно, то в этот момент меня посетило совершенно детское желание спрятаться в шкаф и, если станут стучать, ответить: «Тут никого нет!»
А после я кинула взгляд в зеркало, и меня посетило уже другое, хоть и связанное со шкафом желание! Мавочке захотелось переодеться во что-то более эффектное, чем старое простое коричневое платье. В конце концов, мы идем общаться со вкусным лисом. И его эмоции приятны не только в виде вожделения. Восхищение тоже весьма питательная штука!
Я зло рыкнула, попыталась задвинуть эти, в общем-то, весьма естественные желания подальше и решительно потопала к двери.
Осознала свои мысли и поморщилась. Вот, мавочные порывы уже становятся естественными.
Спустилась вниз и, миг помедлив, все же распахнула двери столовой.
Там обнаружился накрытый обед и Нар-Харз, стоящий у окна и с интересом изучающий какую-то небольшую книгу.
— Добрый день, — смущенно поздоровалась я, опуская глаза к полу.
— Здравствуйте-здравствуйте, — радушно поприветствовал меня лис. — Что же вы на пороге застыли, моя дорогая?
— Эм… простите, — окончательно стушевалась я и почти на цыпочках прокралась к столу.
— Ничего, — по-прежнему добрым-предобрым голосом отозвался кицунэ и прошел к столу, опустившись на стул напротив меня. — Приятного аппетита, Невилика.
— Спасибо, — мрачно ответила я, наконец поднимая на него взгляд.
Лис смотрел на меня с каким-то странным любопытством в блестящих темно-зеленых глазах. В руках его была книженция в неприметной коричневой обложке. Наверное, в связи с грандиозностью лисьей личности и его «послужным» списком я была обязана предположить, что изучает сей достойный муж какую-то научную или по крайней мере чрезвычайно высокоинтеллектуальную литературу.
Но проблема заключалась в том, что я прекрасно помнила, откуда эта книжка и обложка. Если я не ошибаюсь, то назывался этот любовный роман «Хвостатые соблазны»! Совершенно непроизвольно по моему личику расползлась на диво гадостная улыбочка, и я невинно осведомилась: