— Он никогда не объяснял, откуда у него появились вещи, которым цены нет?
— Никогда. А я никогда не спрашивал. Боялся его спугнуть.
— Он знал цену того, чем владеет?
Вопрос был интересный, и Оливье сам не раз задавал его себе. Отшельник относился к великолепному серебру так, как Габри относился к тарелкам из «ИКЕА». Он никогда ничего не берег. Но не был он и безалаберным человеком. Он был осмотрительным — в этом Оливье не сомневался.
— Я не уверен, — ответил Оливье.
— Значит, вы давали ему еду, а он вам — бесценные вещи?
Гамаш произнес это нейтральным, любопытствующим голосом. В нем не слышалось никакого осуждения, хотя Оливье знал, что Гамаш мог и должен был задать этот вопрос так, чтобы Оливье почувствовал стыд.
— Он не давал мне лучших вещей. По крайней мере, сначала. А я не только приносил ему еду. Я помогал ему в огороде, покупал семена.
— И как часто вы к нему приходили?
— Каждые две недели.
Гамаш подумал, потом спросил:
— Почему он жил в хижине, вдали от всех?
— Прятался, я думаю.
— Но от чего?
Оливье покачал головой:
— Не знаю. Я пытался спрашивать, но он ни на один вопрос не отвечал.
— Что еще вы можете нам рассказать? — Голос Гамаша стал чуть нетерпеливее, чем прежде.
Бовуар оторвался от своего блокнота, и Оливье заерзал на стуле:
— Я знаю, что Отшельник построил хижину за несколько месяцев. Потом сам перенес туда все свои вещи.
Оливье посмотрел на Гамаша — он хотел увидеть какой-нибудь знак одобрения, оттепель. Старший инспектор чуть наклонился вперед, и Оливье поспешил продолжить:
— Он мне все это рассказал. Большинство его вещей были мелкими. Если не считать стульев и кровати. Остальное мог унести любой. А силы у него хватало.
Гамаш по-прежнему хранил молчание. Оливье поежился:
— Я говорю правду. Он никогда не рассказывал, откуда у него все эти вещи, а спросить я боялся. Но это было вроде бы очевидно, разве нет? Видимо, он их украл. Иначе зачем прятаться?
— Значит, вы думали, что это ворованные вещи, и молчали? — спросил Гамаш все тем же ровным голосом. — Не сообщили полиции?
— Не сообщил. Я знаю, что должен был сделать это, но не сделал.
На сей раз Бовуар не ухмыльнулся. Ему это казалось вполне естественным и понятным. Сколько людей сообщило бы о таком в полицию? Бовуара всегда удивляли истории о людях, которые находили чемодан с деньгами и сдавали его в полицию. Он не мог не спрашивать себя, нормальные ли они.
Гамаш же думал о другой стороне сделки. О людях, кому эти вещи когда-то принадлежали. Легендарная скрипка, бесценный хрусталь, фарфор, серебро, инкрустированное дерево. Если Отшельник прятался в лесу, значит кто-то загнал его туда.