В любой гадости ищи свои радости (Штаний) - страница 74

И я этого урода жалела? Переживала из-за него, мучилась, а он куска мяса бедной лошадке пожалел?! Вот жмот! От обиды и несправедливости мира я даже всхлипнула. Ещё и с ножом на меня!

Чувствуя, как слёзы подступают к горлу, поднялась на ноги и, оскорблённо фыркнув неблагодарному горбуну в разноцветную харю, гордо удалилась в кусты.

До безумия хотелось разреветься, спрятав лицо в ладонях, но ни ладоней, ни лица у меня просто не было. Даже если я плохая лошадь и не соглашаюсь вести на себе гниющего зомби, это ещё не причина морить меня голодом! Верблюжий плевок гаду горбатому в кашу! Медведку ему в компот и полкило вассаби на последнюю котлету!

Можно, конечно, опять уворовать еду, у гниющего жмота, когда он потеряет бдительность или заснёт, но это же не честно! Есть хочется сейчас! Да и каждый раз добывать пропитание таким образом…

Обидно просто!! Чем я такое заслужила, в конце-то концов? Где так нагрешила, Боженька?!

Всхлипывая от жалости к себе, я улеглась на брюхо хвостом к поляне и зажатому Кошмарику обеду-ужину. Повозившись немного, вытянула шею и положила голову на невысокую кочку. Подвывая в унисон гулко булькающему желудку, я принялась жалеть себя, перебирая все гадости, случившиеся со мной за последнее время. Что ж за жизнь-то такая?!

Я так увлеклась скорбью по несправедливо загубленной жизни, что даже на шум за спиной никак не отреагировала. Плевать на всё! Куда уж хуже-то, если я, взрослый человек, вынуждена бродить по лесу без одежды и обуви в компании гниющего зомби?! Во сне какая-то психически неуравновешенная садистка сыплет угрозами и требует чего-то непонятного. Родители дома сума сходят, наверное. А в довершение ко всему ни помыться, ни поесть нормально не могу!

Внезапно ветки куста, в который влезла, медленно раздвинулись и широкие бирюзовые ладони осторожно положили передо мной… Мясо! Довольно большой кусок чуть обугленного мяса, на паре больших лопухов! Я уставилась на упоительно пахнущее чудо как старая дева на стриптизёра в собственной кровати. Даже не знаю, чего больше было во мне: удивления или радости? Сглотнув, я подняла голову, но Алехандро уже не было.

Совесть требовала выползти из куста, но жадность и голод настояли на другом, так что убежище своё я покинула только через полчаса, справившись с подношением горбуна. Несмотря на то, что лошадиная пасть явно не слишком хорошо была приспособлена к такой пище, я уже практически привыкла и теперь почти не давилась в процессе. И вот удивительное дело, как мало иногда нужно для счастья!

Ещё совсем недавно от жалости к себе едва ли не в голос выла, а сейчас от сытой радости всё внутри пело! Желудок играл не последнюю скрипку, конечно, но и сам поступок Кошмарика внёс свою лепту в резко взмывшее до небес настроение. Может, всё не так уж и плохо? Ноги целы, голова на месте, руки… Вот рук нет, но вместо них ещё пара ног. Наверное, бывает и хуже, так что хвост трубой и вперёд на штурм Зимнего!