После этого старухи зашушукались, и Уильям несколько раз разобрал слово Кура-маро-тини.
— Сейчас вам следует вежливо сказать киа ора и поклониться дамам, — произнес Джеймс. — В принципе, еще принято тереться носами, но, судя по всему, это будет для вас чересчур…
Он перебросился с женщинами парой слов, которые тут же захихикали.
— Что вы сказали? — недоверчиво поинтересовался Уильям.
— Я сказал, что вы стесняетесь, — ответил Джеймс, который веселился от души. — Ну же, поздоровайтесь наконец!
От ярости Уильям покраснел, но послушно повторил слова приветствия. Старухи искренне обрадовались и с улыбкой поправили его произношение.
— Хаере маи! — кричали Уильяму дети. — Добро пожаловать!
Маленький мальчик подарил им кусочек жадеита. Джеймс рассыпался в благодарностях и заставил Уильяма сделать то же самое.
— Это поунаму. Он должен приносить счастье. Очень щедрый подарок от малыша… с которым, кстати, вам стоит быть приветливее. Это младший сын Тонги.
Малыш уже действительно вел себя как вожак, с достоинством приняв благодарность пакеха. Наконец мужчины покинули деревню. Земля вокруг лагеря не принадлежала Уорденам; здесь было лишь несколько возделываемых маори полей и садов. Вскоре после этого они проехали мимо больших загонов для лошадей, в которых частично находились овцы. Животные толпились вместе, потому что снова начался дождь. В таких обстоятельствах их кормили в том числе и сеном.
— Для большинства овец корма хватает и зимой, — пояснил Джеймс. — Но маток мы подкармливаем. Тогда ягнята будут крепче и их можно будет раньше перегнать на высокогорье, что, опять же, позволит сэкономить корм. А вот здесь у нас крупный рогатый скот… Мы занялись этим, когда появились рефрижераторные суда, которые ходят в Англию. Раньше мясо поставляли только в Отаго или на Западное побережье. У старателей и горняков всегда отменный аппетит. Но сейчас в Англию регулярно ходят суда с холодильными камерами. Это хорошее предприятие. А пастбищ на Киворд-Стейшн хватает. Вон там первые сараи для стрижки овец.
Джеймс указал на большое невысокое здание, которое еще несколько недель назад Уильям оценить бы не смог. Сейчас же он знал от других фермеров, что здесь находится сухое место для стригалей, которые по весне путешествуют от фермы к ферме, чтобы избавить овец от шерсти.
— Первый? — спросил Уильям.
Джеймс кивнул.
— Всего у нас три. И нам нужны стригали на три недели. Вы понимаете, что это значит.
Уильям усмехнулся.
— Много овец, — заявил он.
— Больше десяти тысяч по последним подсчетам, — произнес Джеймс и добавил: — Довольны?