У Майлза екнуло сердце. Как же ты мог не учесть такой элементарной вещи — командир знает устав наизусть, а ложась спать, кладет его под подушку! Он отчаянно улыбнулся и весело отчеканил:
— Завтра каждый член экипажа получит копию.
«Копию чего?!» — с ужасом подумал он.
Молчание было недолгим. Через несколько секунд вопросы посыпались, как горох из мешка:
— Какого типа страховка?
— Как насчет права на дополнительные заработки?
— А оплачиваемый отпуск?
— С какого возраста уход в отставку?
— Будут ли при начислении пенсии учитываться суммы предыдущих контрактов?
Еще немного — и Майлз сбежал бы самым постыдным образом. Он ожидал чего угодно — недоверия, неповиновения, попытки бунта, — только не лавины вопросов чисто практического свойства. Ему казалось, что все происходящее — дурной сон. Перед глазами возникло странное видение: Форталия Храбрый, требующий пожизненного страхового полиса у императора, наставив на него меч… Кое-как справившись с охватившей его растерянностью, Майлз объявил:
— Я всем раздам брошюры, — насколько он помнил, требуемая информация обычно содержалась в книжицах карманного формата. — Чуть позже. А что касается дополнительных привилегий… — Его взгляд отвердел. — Я сохранил вам жизнь. Остальное предстоит заработать.
Он снова обвел взглядом лица наемников. Полное замешательство — как раз то, к чему он стремился. Посеять неуверенность, разобщить и, главное, отвлечь. Пусть в этой суматохе они забудут о возможности вернуть себе свой корабль. Хотя бы на неделю. Неделя — больше ему не нужно. А там пусть Даум с ними разбирается.
И все же что-то в их лицах не давало ему покоя, хотя он не мог сказать точно, что именно… Ладно, подумал Майлз, сейчас основная задача — с достоинством покинуть сцену, а их всех отправить по рабочим местам. И еще — хотя бы минуту-другую переговорить с Ботари наедине.
— Список с вашими назначениями — у командора Элен Ботари. Прежде чем разойтись, по очереди подойдите к ней. Встать! Смирно! — зычно скомандовал он. Наемники вразнобой поднялись, словно забыв, как выполняются строевые команды. — Разойдись!
«И побыстрее, — подумал он. — Пока кто-нибудь из вас не задал дурацкий вопрос, на который я уж точно не найду что ответить».
До Майлза долетел обрывок разговора.
— Видал головореза?
— Головореза? Не знаю. Может быть. Зато командир что надо.
И тут только Майлз понял, что так тревожило его в этих лицах. Это было то же неспокойное, голодное ожидание, какое он уже видел в глазах Мэйхью и Джезека. Что и говорить, не очень-то уютно, когда на тебя так смотрят. Он отозвал Ботари в сторону: