– Вы кто? – спрашивает она, и я, вздрогнув, виновато сую капор на место. Черт.
Мысли мечутся лихорадочно. Не хватало еще, чтобы меня выставили. Надо как-то выкручиваться.
– Привет! – как можно непринужденнее и приветливее отвечаю я. – Я новенькая. Только приступила. Поэтому вы меня раньше не видели.
– Ясно, – хмурится девушка. – А еще кто-нибудь есть?
– Э-э… сейчас нет. А вы не знаете, где Ненита Дитц? Мне надо ей кое-что передать.
Ха! Ловко я? А потом просто попрошу напомнить, где ее кабинет.
Девушка морщит лоб.
– Они же вроде на натуре все?
На натуре? Вот те раз. Как мне не пришло в голову, что она может быть на натуре?
– Хотя, может, вчера уже вернулись, кто их разберет. – Ненита Дитц девушку, похоже, совершенно не интересует. – Так где остальные? – Она нетерпеливо шарит взглядом по цеху, и до меня наконец доходит, что она имеет в виду тех, кто здесь обычно работает.
– Не знаю, – пожимаю плечами я. – Никого не видела.
По-моему, я справляюсь на ура. Что и требовалось доказать: главное – уверенность в себе.
– Они что, не понимают? Съемки в самом разгаре!
– Вот именно, – сочувственно киваю я. – Могли бы подумать головой.
– Что за отношение…
– Ужасно, – соглашаюсь я.
– Некогда мне кого-то вылавливать, – вздыхает девушка. – Ладно, значит, придется вам. – Она разворачивает белую хлопковую сорочку с пышным жабо.
– Что? – теряюсь я, и глаза девушки сужаются.
– Вы ведь швея?
У меня каменеет лицо. Швея?
– Э-э… Да, конечно, – вечность спустя выдавливаю я. – Швея, да. Кто же еще?
Нужно уносить ноги. И поскорее. Но не успеваю я сделать и шага, как девушка протягивает мне сорочку.
– Вот, это для старшей миссис Бриджес. Подшить снизу на полдюйма. Потайным швом, в таких костюмах всегда только потайной шов, – добавляет она. – Дейдре наверняка вас предупредила. Она вам показала насадку?
– Да-да. – Я напускаю на себе профессиональный вид. – Потайным швом. Вообще-то я как раз собиралась выскочить глотнуть кофе, так что подошью попозже. – Я кладу сорочку рядом со швейной машиной. – Приятно было познакомиться…
– Господи боже! – взрывается девушка, и я подскакиваю от неожиданности. – Какое может быть попозже? У нас съемки! Без году неделя, и уже с таким настроем?
Я испуганно пячусь.
– Простите…
– Вы намерены работать? – Девушка кивает на швейные машины и скрещивает руки на груди. Выхода нет. Я в ловушке.
– Хорошо, – сглотнув, говорю я и сажусь за машинку. – Вот.
Я видела, как шьет мама. И Дэнни. Подкладываешь ткань под иголку и жмешь на педаль. Ничего сложного.
С пылающими щеками я осторожно подсовываю сорочку под лапку.