Но подозреваемый, с которым неоднократно беседовали работники милиции, подтверждая все имеющиеся в деле показания, упорно отрицал свою вину в совершенном преступлении.
Еще и еще раз беседую с Николаем Павловичем, знакомлю его с показаниями свидетелей, схемами выхода на место и другими материалами дела.
— Николай Павлович! Что можете сказать по поводу предъявленных материалов дела? Может быть, припомните какую-либо деталь, факт, говорящий в вашу пользу? — обращаюсь я к нему.
— Так сложились обстоятельства, что все говорит не в мою пользу, некому даже подтвердить, что найденные у меня деньги принадлежат мне. Столько совпадений в этом деле, что вряд ли кто поверит в мою невиновность. Больше мне добавить нечего. Я понимаю, что меня осудят, но могу сказать лишь одно: никого я не грабил…
Проверялись и личности как подозреваемого, так и потерпевшей. Никто ранее не был судим.
Допрошенная по делу мать потерпевшей подтвердила, что действительно давала дочери незадолго до происшествия 25 рублей одной купюрой, чтобы дочь привезла из Москвы кое-что из продуктов на проводы сына.
А что, если встретиться с друзьями, близкими, сослуживцами потерпевшей и подозреваемого, нет, не допрашивать их, а просто поговорить…
Несколько лет работает на заводе Николай Павлович, отзывы товарищей о нем самые хорошие. Правда, не без слабостей человек — любит и выпить, и поухаживать за женщинами. Потому и перешла два года назад к нему на завод жена. Сейчас живут они в достатке, дружно. Нет, не похоже, чтобы он пошел на преступление. По месту жительства в ЖКО о семье Николая Павловича также ничего плохого не сказали.
Потерпевшая — уроженка нашего района, родилась в деревне Ртищево, сейчас с матерью проживают в деревне Целеево. Нужно побывать и там и там.
Схожу с поезда на станции Турист. Иду лесом по той же тропинке, по которой шла Рая в день ограбления. В деревне тишина, все в поле. Идти в дом, где живет Рая, бессмысленно. Родные уже все сказали. Захожу в соседний дом, беседую с хозяйкой.
Да, она Раю знает. Но приехали сюда они недавно, раньше жили в деревне Шукалово.
— Дочь моя сначала с ней дружила, но не понравилась мне Рая, не разрешила я дочери с ней водиться. Почему? Да так, не нравится мне Рая, очень уж бойкая.
Странно, вот уж никогда бы не подумала, что Рая может быть бойкой. Но что-то еще недоговаривала моя собеседница, а что, так и не могла я добиться. В душу закралось сомнение, и решила я поговорить еще. И вот иду из дома в дом, беседую о Раиной семье, о ее друзьях. Но снова какие-то недомолвки, когда речь заходит о самой Рае. Чаще всего отговариваются тем, что недавно они в деревне, знают их плохо.