То, что на выходе из общежития на меня обрушилось подвешенное над дверью невидимое ведро с ледяной водой, лишь убедило в правильности таких суждений. Ведь передо мной в эту самую дверь вышли две мавки, и на них не пролилось ни капли. Черноглазая стервочка обнаружилась на крыльце. Ее сочувственные охи — вздохи звучали неубедительно, как и предложение помощи, от которого я благоразумно отказалась. Откинула за спину мокрую косу, оправила облепивший ноги подол платья и, смерив Клару мрачным взглядом… не стала говорить ей то, что планировала рассказать про Сигурда и наши с ним отношения. Вернее про их отсутствие. Нечего оправдываться перед такой неблагодарной дрянью. Хочет войны? Что ж… она ее получит!
Магия воздуха снова пришлась кстати: подсушив себя, я села на метлу и полетела на занятия. Душу грела лишь одна приятная мысль: теперь не придется возвращать Сигурду чек, потому что после утренней травли, причиной которой он стал, этой суммы даже мало для возмещения морального ущерба. О том, что вчера я тоже отличилась, устроив разгромом палаты и ударив неосторожным словом по его самолюбию, предпочла не вспоминать.
— Во — вторых, Риночка, ты мне трижды задолжала, — вырвал меня из воспоминаний подозрительно ласковый голос Каина.
— Трижды? — недоверчиво переспросила я.
— Да, — уверенно кивнул оборотень. — За то, что я заплатил за тебя штраф. За то, что ты выкинула меня вместо заслуженной благодарности из окна…
— Но ты ведь…
— Помолчи! — оборвал он возмущение, готовое сорваться с моих губ. — И в довершение всех «подвигов», о, неблагодарная моя ведьмочка, ты еще и обокрала своего благодетеля, то есть меня.
— Значит, так, — заткнув шевельнувшееся чувство вины, заявила я. — Теперь ты меня послушай, «благодетель». Во — первых, я тебя не просила вызволять меня из камеры предварительного заключения. Во — вторых, за постельными «благодарностями» ты обратился не по адресу. В — третьих, ты мне тоже должен за то, что не сдала тебя той разъяренной девице со сковородой. И в — четвертых, — я выдержала паузу, наслаждаясь тем, как меркнет победная ухмылка на лице княжича. — Я оставила тебе записку, когда одолжила из кошелька несколько монет. И я их верну! — добавила уверенно, вновь подумав о чеке господина Сальдозара. Его хватит и на штраф, и на возмещение одолженных монет, и даже на платье потом останется. Только надо будет слетать после занятий в город и получить в банке деньги.
— И чего это ты так довольно улыбаешься, а, Рина? — щуря желтые глаза, полюбопытствовал оборотень. — Думаешь с помощью всего перечисленного сорваться с долгового крючка?