И они пробовали. Много раз. Верхом и низом, в упор и издалека, из-за ворот и прямо по центру. Но сегодня положительно был мой день. Забить мне они не могли. Да и защитники у меня были, факельцы ведь не на пустой площадке мои ворота расстреливали. И совсем неплохие защитники, только усталые, так как мало их было.
А ближе к концу второго периода у восьмого номера факельцев совсем крышу сорвало. Он и так какой-то бешеный был, всё время на своих орал. И когда я в очередной раз отбил куда-то на трибуну брошенную им шайбу, он не выдержал. Подъехал ко мне да как треснет меня клюшкой по маске! Та аж погнулась. Причём всё это ещё и после свистка было.
Меня с рассечённой бровью увели в медпункт, а агрессивного восьмого удалили на пять минут и до конца матча. Подозреваю, что после матча ему ещё дополнительно фитиль вставят. Только вот нашим не легче от этого. Даже играя в большинстве, они за неполные две минуты поймали своими воротами две шайбы. Черти.
Ну, теперь уже ничего не исправишь. Я вздохнул и покатился по льду к своему месту в воротах.
…Когда я проснулся, часы на стене показывали без четверти двенадцать. Я лежал в кровати в своём гостиничном номере, и у меня болело буквально всё тело. Вставать и даже шевелиться совершенно не хотелось. Но надо. Хотя бы для того, чтобы посетить туалет.
Откинув одеяло, я спустил ноги на пол. Странно. Почему-то я спал не в пижаме, а просто в трусах и майке. Что же происходило вчера вечером? Матч был полуфинальный. Это помню, хотя самое окончание матча вспоминается уже смутно. Меня там клюшкой по голове ударили. Потрогал заклеенный пластырем шов. Больно. А потом что было?
Вспомнил душ после матча и наших мальчишек там. Почему-то вчера я заперся в душ вместе со всеми. Впрочем, вчера все так вымотались, что всем было совершенно наплевать, кто там рядом моется.
Потом автобус помню. Ещё помню, что до автобуса меня Пушкин тащил чуть ли не на руках, у меня ноги ходить отказывались. В автобусе по дороге обратно я заснул. Там кто-то сидел рядом со мной на соседнем сиденье, и я спал, положив ему голову на плечо. Не знаю, кто это был, не смотрел. Возможно, Пушкин.
А после этого уже ничего не помню. Только сейчас вот проснулся в своей постели. Моя одежда аккуратно сложена на стуле. Слишком аккуратно, никогда я её так не складываю. Встал, просунул ноги в шлёпки и подошёл к двери. Так и есть, дверь в номер прикрыта, но на замок не закрыта. Судя по всем приметам, меня кто-то привёл сюда вечером, раздел и уложил спать. И кто это был? Не помню ничего совершенно. Вот так наигрался в хоккей!