— А ты видел, как я его в ход пускал? — ухмыльнулся капитан.
— Нет, но хоть что-то ты должен уметь, Кэти права.
— Я и умею именно «что-то», Марти. Но я и против тебя выходить не хотел, а уж против праправнучки Жеребца…
— Жеребца? Это того самого разбойника с длинным…
— Да, Марти, — захохотала Кэтрин. — Ты плохо знаешь историю! Он был урожденный герцог Олкрофт.
— О-о-о, Кэти, тогда тем более понятно, почему ты запала на этого кобеля с темным прошлым! — Мартин ехидно поглядывал на девушку и капитана. — У тебя в крови не только умение сражаться на мечах.
Кэтрин прыснула, Сэндклиф усмехнулся, то ли смущенно, то ли довольно, то ли и то и другое одновременно.
— Да, слабость к таким, как вы, видимо, оттуда же, — девушка взглянула на капитана. — Сэнди, ты сделал из меня какую-никакую хозяйку, я могу научить тебя прилично владеть мечом, хочешь?
— Сначала со мной позанимайся, — попросил Мартин вполне серьезно. — Уверен, ты сделала бы любого наставника гвардии Правителя.
— Кэт, думаю, к этому у меня нет способностей. Мне всегда было проще и сподручнее кулаком в морду дать.
— Проверим, — усмехнулась она. — В любом случае, ты будешь уметь больше, чем сейчас. И, пожалуйста, не смущайся. Никто не совершенен.
— Я до сих пор не умею даже яйцо сварить, — пожал плечами Мартин. — И не считаю себя из-за этого ущербным.
Сэндклиф согласился, и они почти каждый день стали проводить некоторое время, тренируясь. Капитан, как быстро убедилась Кэтрин, действительно не был прирожденным воином, но очень старался, желая доставить удовольствие своей наставнице. Девушке довольно быстро удалось вытянуть его на неплохой средний уровень, где он и остался, без зависти наблюдая за поединками отпрысков дворянских родов. Мартин, и в начале их занятий мало уступавший Кэтрин, вскоре стал владеть мечом столь же виртуозно. Но Сэндклиф, много наблюдавший за ними, заметил, что легкость боя для девушки является неотъемлемым свойством, для молодого человека — плодом неустанных тренировок. Стоило им провести без мечей несколько дней, и Мартин начинал уступать их подруге. Впрочем, все они по-прежнему были так дружны, что ни зависть, ни дух соперничества не могли укорениться в их сердцах.
Прошло около двух месяцев. Троица весело отпраздновала приход Нового года на корабле Сэндклифа. Кэтрин в очередной раз подивилась тактичности его команды. Все были в высшей степени любезны с подругой капитана, а с Мартином обращались как со старым приятелем. Конечно, не обошлось без пары-тройки шуток по поводу его пребывания на Медвежьем острове, но он предпочел оставить их без внимания. После праздника мужчины временами стали впадать в невеселую задумчивость, это не ускользнуло от внимания Кэтрин. Их отношения по-прежнему были прекрасными, и она заподозрила, что мысли ее возлюбленных занимает необходимость зарабатывания средств к существованию. У девушки имелись соображения на сей счет, и она готова была ими поделиться, но разговор о хлебе насущном так и не состоялся.