— Ой, — зашла на кухню Женя. — Прелесть какая. Вы, в смысле, ты сварил кофе и на меня!
— Сделай тогда бутерброды!
— Слушаюсь, шеф!
Они сидели напротив друг друга и пили кофе. Жевали сделанные Женей бутерброды. Молчали. Под столом, то и дело задевая их за ноги, ходила Матильда, напоминая, что она тоже проголодалась. Но о ней опять забыли. Евгений изредка смотрел на Женю и думал, что, может быть, не так уж плохо, что судьба свела их в одной квартире. По крайней мере, можно порепетировать совместное утро. И, что самое интересное, утро с Женей ему нравилось. Она пила, ела, молчала и улыбалась. Не стала обижаться на то, что он как сумасшедший ворвался в ее комнату и разбудил. Нет, это она его разбудила! Будильник забыла выключить…
Может быть, все не хорошо, а плохо? Ведь если она начнет забывать выключать будильник каждую субботу?! А если она…
Романовский вздохнул. Ради такого утра ее можно простить. Он не станет мелочиться, пусть звенят ее будильники, пусть кошка, его кошка, между прочим, селится на ее территории и ни лапой не ступает к нему, пусть…
— Может быть, — раздался нежный Женечкин голосок, — сегодня вместе куда-нибудь сходим?
— Что ты сказала? — выпал из своих мыслей в реальность Евгений.
— Сегодня суббота, у меня выходной, — пояснила Женя. — Хочется сходить в музей современного изобразительного искусства, например.
— Мы можем сходить вместе, — предложил Евгений.
— Только сначала нужно покормить Матильду.
— Да, главное, про нее опять не забыть, — усмехнулся он.
— Ага, — кивнула Женя. — А то ты все время забываешь ее кормить…
— Я?! — изумился Евгений. — А ты забываешь ее в туалете.
— Один раз всего забыла, — невинно потупилась Женечка. — Один-единственный раз.
— Будильник тоже забыла выключить один раз!
— Чем тебе будильник помешал? Он еле звонит!
— Дребезжит так, что мертвого поднимет!
— Стоп, — сказала Женя, выставляя перед собой ладони. — Мы опять начинаем ссориться. Это фатум какой-то!
— Разве? — сварливо поинтересовался Евгений. — Я не заметил. Просто говорим о том, кто что обычно забывает.
— Я ничего не забываю! — взвилась Евгения. — Это мое правило, но в каждом правиле есть исключения.
— Если исключений слишком много, то это уже не правило, а профанация.
— Это я-то профанация?! Я не знаю, что обозначает это слово, но обзываться не дам.
— Так помимо забывчивости ты еще и глупая!
— А ты… а ты!
— Ну, что я? Что я?
— Всем привет. А это я.
Ольга Геральдовна умела появляться вовремя. Евгений замолчал, резко опрокинул себе в рот остатки кофе, самую его мелкую мелочь, от которой свело зубы. Женя уткнулась в свою чашку, едва кивнув старушке. Зато на первый план выскочила Матильда и принялась тереться о ноги хозяйки, жалобно поскуливая, как собака.