Том 15. Я сам похороню своих мертвых. Мисс Шамвей машет волшебной палочкой (Чейз) - страница 84

— Она мертвецки пьяна!

— Она действительно пьяна и направляется к нам.

Инглиш толкнул свое кресло и пошел навстречу нетвердо переставлявшей ноги Корине.

— Добрый вечер, Корина, — сказал он: — Вы одна? Не хотите ли составить нам компанию?

— Добрый вечер, дрянь, — ее голос был пронзительным. — Я предпочту сесть в клетку с тиграми, нежели с вами.

Шум в зале замолк, и все взоры обратились к Корине и Инглишу, который не переставал улыбаться.

— Что ж, в таком случае я сожалею о своем предложении.

Он повернулся к своему столику.

— Не уходите, — тем же тоном остановила его женщина. — Мне надо поговорить с вами.

Какой-то тип в смокинге появился возле бара. Он бросил взгляд на Инглиша и что-то шепнул бармену.

— Не огорчайтесь, Корина, — любезно проговорил Ник. — Вам не кажется, что будет лучше, если вы вернетесь домой?

— Твоя шлюха спит с Гарри Винсом, — Корина повысила голос. — Вот уже два месяца, как она спит с ним, бедный осел! Каждый раз, когда вы проводите время с друзьями, она бежит к нему. В настоящий момент она лежит в его постели.

В мертвой тишине все смотрели на Ника, стараясь не пропустить ни одного слова. Человек в смокинге подошел к Инглишу.

— Не хотите ли, чтобы я вывел ее, мистер Инглиш? — шепотом спросил он.

— Не беспокойтесь, — ответил Инглиш с непроницаемым видом. — Я сам займусь ею. — Он, повернулся к женщине. — Я провожу вас домой, мы можем дорогой поговорить об этом.

Корина позеленела и отступила. Она ожидала, что Инглиш возмутится, возможно, устроит скандал, но его спокойствие и безразличие ошеломили ее.

— Вы мне не верите? — заорала она. — Я говорю вам, что Джулия Клер спит с вашим секретарем.

— А что мешает ей делать это? — Инглиш улыбался. — Это не касается ни вас, Корина, ни меня.

Рис хотел было встать, но раздумал.

— Боже мой! — воскликнула Лола. — Это невероятно.

— Идемте, Корина, вам надо вернуться домой, — Инглиш взял ее за руку.

— И вам все равно? — простонала Корина, стараясь освободиться.

— Ну, конечно, — будто ребенку сказал Инглиш. — Вы сами прекрасно знаете, что это совершенно невероятно. Идемте, на нас смотрят люди.

Он увлек ее к двери.

Корина заплакала. Месть, которую она так лелеяла, ускользнула из ее рук. Инглиш своим спокойствием и благожелательностью взял над ней верх. Люди приняли ее за пьяницу, которая устроила сцену, сама не зная о чем.

Она сделала отчаянную попытку исправить дело.

— Между тем это правда! — вопила она. — А потом вы убили моего брата, вы украли у меня двадцать тысяч долларов. Оставьте меня.

Какой-то мужчина засмеялся, и она поняла, что окончательно все испортила.