– Вы что это, больной! Немедленно прекратите! А то рука дернется, он в него упадет – так и будешь ходить потом.
– Ну давай, Белка. Ты же обещала.
– Ты что! А клятва Гиппократа? А врачебная этика?! У нас по ней тоже зачет.
– Вот ты, блин, гиппостудентка. Отличница. Вынимай тогда свою кочергу.
– Да уже все. И ничего сложного. Все получилось. Такие вы у меня хорошие оба. Молодцы просто.
– А награда нам? Ему хоть.
– Ну потом. Надо еще мне тут одну вещь проверить.
– Какую?
– Предстательную железу.
– Так залазь сверху и проверяй!
– Нет, Миша. Это не так делается.
– А как?
– Мануально. Изнутри. Но это вообще не больно. Переворачивайся на живот и подними таз.
– Белка! Давай лучше ты в такую позу станешь. А я тебе клизму поставлю.
– Ну Мииишка! Я же для учёообы! Для практики! А ты!
– Нет уж, к черту, хватит с меня твоей учебы!
– Это знаешь, какой важный орган! Она выделяет иммуноглобулины, ферменты, витамины, лимонную кислоту. Ионы цинка даже.
– Так витамины не с той стороны пробовать надо! Будешь?
– Ну проверить сначала надо! Давай. А я потом.
– Сказал – все! Я одеваюсь. Курить охота – умру щас. Где тут у вас подымить можно.
– Нигде нельзя. Только главврач у себя в кабинете курит.
– Ну пошли к нему сходим.
– Ну пошли. Не дал мне доучиться.
– Щас я тебя доучу. Теперь я буду профессор.
Кабинет главврача был большой, с холодильником и диваном под кожу; в центре стоял стол в виде буквы Т. Михаил уселся в мягкое кожаное кресло за столом, Белка открыла форточку и присела на край стола.
– Так, Бурлакова, снимайте.
– Халат?
– Трусы.
– Ну он так не говорит!
– А как говорит? Что, ни разу тебя за попку не ущипнул?
– Не, шлепнул только раз.
– Вот сволочь старая, надо ему самовар починить.
– Да у него и нет самовара, Мишка.
– Чайник, в смысле, начистить.
– Ну не надо! Он еще мне практику должен подписать.
– Ага. Практику. Щас подпишем. Садитесь сюда, по центру. Так, правильно. Ноги раздвиньте. Спину – назад, ноги – вверх. Хорошо пока, по учебнику все. Вопрос первый: как называется, когда девушка вот так на столе… ноги кладет на плечи, и ей там… языком?
– По латыни? Ку… нилингус?
– Отлично. Теоретически Вы подкованы. Теперь на практике. Включаю секундомер. У Вас одна минута, Бурлакова. Начали.
Белка откинула голову назад, выгнула шею, застонала, руки ее сгребали бумаги, лежащие на столе, она сдавила бедрами уши Михаила, отпустила, дернулась несколько раз и сняла ноги, слезла со стола и устроилась у него на коленях, обняла за шею и впилась в губы. Михаил остановил секундомер.
– Пятьдесят секунд. Реакции у Вас хорошие.