– Брось пистолет, белый! – командует ближайший ко мне автоматчик, угрожающе водя стволом.
Медленно наклоняюсь, аккуратно кладу оружие перед собой, демонстративно отбрасываю ногой…
Вот это влип так влип… Полоса везения, в которую мы так удачно попали, закончилась в самый неподходящий момент. Стоя на ступеньках в окружении неизвестных бойцов ощущаю себя эдакой мишенью с прицелом. Механически отмечаю, что эти люди, видимо, не инфицированы Эболой. Судя по экстерьеру, они вообще не из Оранжвилля. Но кто же тогда они, откуда знают мое имя и наше с Миленкой убежище?..
– Подними руки, – звучит новая команда. – Только медленно… Одно резкое движение – и я сделаю из твоей головы дуршлаг!..
Бойцы по-прежнему наставляют на меня автоматы, однако по их лицам заметно, что стрелять в меня не собираются. По крайней мере, пока.
Дверка «Хаммера» медленно открывается, и из салона выходит немолодой обрюзгший мужчина. Массивная фигура, слоновьи ноги, огромный живот, формой напоминающий крокодилье яйцо, и такая же несоразмерно огромная голова, которую венчает генеральская фуражка с высокой тульей и кокардой-орлом. Белоснежная полицейская форма, идеально отглаженная, увешена разного рода аксельбантами, орденами, медалями и прочими побрякушками. Довершает композицию ожерелье из ракушек каури, свисающее едва ли не до колен.
За полицейским начальником семенит щуплый подросток в коротких шортах и цветастой футболке. Смотрит на хозяина со щенячьей преданностью, услужливо удерживая над его головой солнцезащитный зонтик из леопардовой шкуры.
Готов поклясться, что этого жирного типа в генеральском мундире я уже видел. Да и не просто видел, но наверняка сидел с ним за одним столом.
– Неужели, мистер Артем, ты не узнаешь меня? – делано сокрушается полицейский генерал. – У всех вас, белых, такая плохая память?
Наконец вспоминаю, кто это: Гудвил Нджоя, заместитель министра внутренних дел и по совместительству начальник всей медицинской службы местного МВД. Пару раз приходилось с ним пересекаться по делам миссии: взяточник, вымогатель и мелкий прохиндей, торговавший налево гуманитарной помощью, которую мы безвозмездно передавали правительству.
Последний раз я видел его в «Хилтоне», как раз в тот день, когда беседовал с Жозе, и почему-то был уверен, что он сбежал из страны вместе с президентом, премьером и всей этой продажной камарильей…
– Я прекрасно помню вас, мистер Гудвил, – отвечаю подчеркнуто вежливо. – Имел честь встречаться. Приятно, что и вы помните мое имя.
– Вижу, что с памятью у тебя все в порядке, – удовлетворенно резюмирует Нджоя. – Значит, ты должен узнать и его.